Ядерный бунт Ахмадинежада

Пока КНДР только демонстрирует Америке свои центрифуги с целью устрашения, Иран начал обогащать уран на своих секретных заводах. Несмотря на санкции со стороны ООН, Тегеран объявил о самодостаточности своей ядерной программы - причем в преддверии очередного раунда переговоров, который сегодня состоится в Женеве при участии Великобритании, Германии, Франции, Китая, США и России. Эксперты уверены, что мировое сообщество ничего не добьется. Ведь оно изначально выбрало не того собеседника.

Давно понятно, что Северная Корея и Иран - словно кость в горле мирового сообщества. По-своему закрытые государства, которые на собственной территории производят некие манипуляции с целью произвести ядерное оружие, не прибавляют оптимизма странам, собравшимся сокращать свои наступательные вооружения.

В случае с КНДР положение еще куда ни шло: власти этого коммунистического государства производят свое оружие исключительно для того, чтобы правящая партия смогла удерживать в стране режим диктатуры, время от времени демонстрируя ядерную ракету Белому дому и его марионеточному правительству на Корейском полуострове. Иногда "ядерной демонстрации" удостаиваются и собственные граждане - в целях повышения патриотического духа и сдерживания реакционных настроений.

Из страны уже бежали несколько политических заключенных. Сумев преодолеть систему охраны концентрационных лагерей и обретя статус беженцев, они охотно рассказывали об ужасах режима. Превращение большинства лагерей в "зоны абсолютного контроля" (где заключенные признаются неисправимыми - прим. автора) свидетельствует: когда наведение внутреннего порядка является первостепенной задачей, тут уж не до установления мирового господства.

Другое дело - исламские фундаменталисты, которые вспыльчивы, обидчивы и в глазах многих, особенно американцев, выглядят первобытными дикарями. Именно они будоражат представителей МАГАТЭ и ООН. Иран неоднократно отвергал их предложения контролировать ядерную программу. Поэтому неудивительно, что исчерпавшие дипломатические ресурсы организации перешли к более конкретным действиям - санкциям и всеобщему порицанию. Все это вынудило Иран продолжать попытки получить "желтый пирог" (урановый концентрат, получаемый в результате переработки урановой руды - прим. автора). И вступить в политический сговор с Турцией и Бразилией, которые должны были обогащать уран на собственной территории. В свою очередь Совет Безопасности ООН ужесточил уже имеющиеся санкции против Тегерана. И круг замкнулся.

В итоге, после иранского заявления о запуске урановых центрифуг Махмуд Ахмадинежад лично обратился к мировому сообществу, призвав страны с ядерным потенциалом не упустить свой шанс на переговорах в Женеве. Неужели таким завуалированным способом глава Исламской республики признал, что компромисс все-таки может быть найден? Вопрос только в том, на какие уступки должно пойти мировое сообщество, чтобы сдержать "иранский прогресс".

"Мировое сообщество ничего не может сделать по определению. Это доказали все предыдущие шаги, которые были направлены на то, чтобы убедить Иран, уговорить его, напугать и заставить отказаться обогащать уран. Иран идет к получению ядерного статуса и, безусловно, к получению военного ядерного статуса. И никакими другими путями, за исключением военных, решения этой проблемы не существует. Иран не собирается шантажировать мир ради денег - он стремится в первые ряды "ядерного клуба". И тут надо успеть с ним договориться, пока Исламская республика вообще с кем-то хочет договариваться. Потому что вскоре нас ждут несколько десятков стран, обладающих ядерным оружием. Со всеми вытекающими отсюда последствиями", - предсказал президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский в интервью корреспонденту Newsinfo.

Очевидно, что те военные методы, которые может применить мировое сообщество, - это только развязывание полномасштабной войны. В которую ни одна из стран, способных разгромить Иран, вступать не станет. Америка, якобы всерьез обеспокоенная ядерной программой Тегерана, вовсю культивирует страх перед исламскими фундаменталистами, не имея при этом возможности преподать им существенный урок. Две незаконченные войны, тяжелым ярмом висящие на Соединенных Штатах, заставляют Вашингтон неизменно склоняться к диалогу.

Эксперт Института стратегических оценок и анализа Сергей Демиденко советует не драматизировать ситуацию. В том, что ядерная программа Ирана представляет для мира серьезную угрозу, он не уверен.

"Это такой международный жупел, которым всех пугают. В Иране очень бедные урановые руды. Можно ли из этих руд выработать достаточное количество концентрата для получения ядерного оружия, до сих пор остается загадкой. Другое дело, что Тегеран сам очень активно рекламирует свою ядерную программу, подчеркивая ее исключительно мирный статус. Ничего конкретного за все время своего правления Махмуд Ахмадинежад не добился - только экономического, финансового и политического провала. Единственное, что он может предъявить иранскому населению - это ракетную и ядерную программы, которые якобы развиваются", - объяснил он в беседе с Newsinfo.

По словам эксперта, переговоры по иранской ядерной проблеме вряд ли выйдут за рамки уже проложенной колеи. "Иранские аятоллы ничуть не страшнее КНДР - это такие же политики и очень богатые люди. Просто у нас сложился стереотип исламского фундаменталиста: такой ободранный бедуин, который готов взрывать все и вся. Нет, они прагматики, и весьма давно находятся у власти. Просто так ракетами кидаться не станут", - заверил Сергей Демиденко.

Напуганные иранской ядерной программой страны промахнулись с собеседником, поскольку тот, с кем они намерены вести переговоры, не в состоянии принимать реальные решения.

Поэтому вопреки воле сторон сложился международный консенсус: проще выставлять Махмуда Ахмадинежада неистовым радикалом и пугать его поступками американских и израильских детей, позволяя истинным "рулевым" Исламской республики оставаться в тени. Чтобы диалог стал конструктивным, его нужно вести с тем, кто действительно имеет влияние на ситуацию - это Рахбар Ирана, Али Хаменеи. Но с ним разговаривать не хотят. Поэтому ООН продолжает вздыхать, а ядерные центрифуги в Исфахане - крутиться.