Курсы валют:
  • Обменный курс USD по ЦБ РФ на 22.07.2017 : 58.9325
  • Обменный курс EUR по ЦБ РФ на 22.07.2017 : 68.6623
  • Обменный курс GBP по ЦБ РФ на 22.07.2017 : 76.5828
  • Обменный курс AUD по ЦБ РФ на 22.07.2017 : 46.5979

Общество

Image

Есть ли жизнь на пенсии

Французская финансовая корпорация Natixis опубликовала ежегодный рейтинг Global Retirement Index, согласно которому Россия заняла 40-ю позицию из 43. Этот рейтинг ежегодно измеряет, насколько комфортно живется пенсионерам в разных странах.

Image

Винтокрыл из будущего

«Вертолеты России» представили беспилотный конвертоплан – «помесь» вертолета с самолетом, унаследовавшую лучшие свойства от обоих своих прототипов. Сейчас новинка проходит летные испытания…

В Ростове-на-Дону 27 июня возобновился суд над офицерами внутренних войск МВД Евгением Худяковым и Сергеем Аракчеевым, которые обвиняются в убийстве троих жителей Чечни в январе 2003 года.

Как и в случае с делом Ульмана, суд присяжных уже два раза оправдывал подсудимых, но военная коллегия Верховного суда Российской Федерации отменяла приговор и возвращала дело на новое рассмотрение.

Ранее заместитель главного военного прокурора Анатолий Ромашко заявлял, что, по мнению гособвинения, доказательства по делу были собраны в полном объеме. И это стало основанием для обжалования приговора в вышестоящей инстанции. 11 ноября 2004 года Военная коллегия Верховного суда РФ отменила приговор на основании того, что некоторые из присяжных не были перенесены из списков 2003 года в списки 2004 года. Так, 6 апреля 2006 года Конституционный суд РФ постановил, что дела против военнослужащих, обвиняемых в тяжких преступлений на территории Чечни, до введения в республике суда присяжных должны рассматриваться профессиональными судьями. Кое-кто кричал, что присяжных набрали не из тех. И вот, набрали вроде "из тех", собирали по всему Северо-Кавказскому округу. Однако и они оправдали офицеров. Заметим, что тогдашний президент Чечни Алу Алханов отправил запрос в Конституционный суд РФ, который определил, что присяжные должны формироваться в том субъекте федерации, где совершено преступление. А поскольку в Чечне его еще не было, значит, военнослужащих должны судить "профессиональные" судьи. И новый оправдательный приговор отменили.

Почти двадцать человек подтвердило факт алиби подсудимых, реально опровергнуть которое никто так и не смог. Есть и неопровержимые документы того, что в момент преступления экипаж находился совсем в другом месте: журнал выхода боевых машин и журналом сдачи-приемки оружия. И оба подсудимых полностью отрицают вину.

Суть обвинения сводилась к тому, что 15 января 2003 года Аракчеев оказался на одном БТРе вместе с Худяковым и его солдатами. Они в районе грозненского аэропорта "Северный", якобы будучи в нетрезвом состоянии, они решили остановить какую-нибудь машину с целью завладеть ею и потом продать. Они остановили "Волгу", вывели из нее водителя Юнусова и трех (а по другим данным, четырех женщин). При этом личность двоих из них установить почему-то так и не удалось. Однако вдруг планы злоумышленников изменились: вместо того, чтобы продать машину, офицеры ее якобы расстреляли и решили сделать бизнес на "Камазе", проезжавшем рядом, расстреляв его пассажиров. Однако вскоре машина заглохла и ее уничтожили. При этом, якобы Аракчеев, не являясь подчиненным Худякова, вдруг выполнил его приказ и подорвал "Камаз". Потом для сокрытия улик разведчики столкнули грузовик с телами на обочину, облили бензином и подожгли, а документы убитых уничтожили.

После этого, скрываясь от погони, офицеры вернулись в свои части. Там, попытав водителя, Худяков якобы сердобольно отвез его на место похищения. Потерпевший же, придя в себя, развязал веревки и уехал домой на расстрелянной машине, и явился в больницу лишь на другой день. Позднее он показания изменил, иначе версия выглядела уж больно фантастически. Но и они были не лучше прежних: якобы пострадавший дополз до ближайшей деревни, до какого-то дома, где ему оказали помощь, правда, почему-то он так и не вспомнил своих спасителей. Отоспавшись и почувствовав, что истекает кровью, пошел своим ходом к врачам.

Однако присяжные почему-то в эту историю и не поверили. И было от чего. Из материалов дела следует, что нападавшие были в масках, но пострадавший, спустя полтора года опознал Аракчеева "по бровям", а Худякова "по глазам". Вообще, было проведено множество экспертиз. Эксперты-баллисты показали, что пули и гильзы, найденные на месте преступления, не принадлежали к оружию Аракчеева и Худякова. Тем не менее, судебно-медицинские экспертизы свелись к поверхностному осмотру трупов. Дело в том, что вскрытие тел не проводилось "ввиду религиозных убеждений". И это несмотря на то, что в одном из трупов находится пуля. И неудивительно, что адвокат подсудимых Аграновский заявил: "В среду мы планируем заявить ходатайства о вызове и допросе эксперта медика и о назначении повторной судебно-медицинской экспертизы".

При этом многие "доказательства" были добыты с вопиющим нарушением норм Уголовно-процессуального кодекса России. В деле есть рапорт некоего работника Грозненского РОВД Супрядкина, который случайно увидел горящий КАМАЗ, оторвал у него номер, забрал растяжку и покрышку и принес их в отделение милиции – без описи, без протоколов, без фотографий, как того требуют юридические нормы.

Взрывотехническая экспертиза "Камаза" по утверждению обвиняемых вообще была проведена лишь через 5 месяцев, то есть с нарушениями всех юридических норм. Но что мешало провести ее еще в январе 2003 года?  

Заметим, что подсудимые принадлежали к разным частям. Худяков занимал должность командира разведывательной роты, Аракчеев стоял во главе инженерно-саперной роты. Эти подразделения располагались в разных частях Грозного и выполняли разные боевые задачи. Худякову предъявили обвинение 12 марта 2003 года, а 17 марта в качестве свидетеля вызвали в военную прокуратуру Ханкалы Аракчеева. Однако по данным самого подсудимого, его закрыли в подвале прокуратуры и требовали подписать признание, а 18 июня ему официально предъявили обвинение и заключили под стражу.

Судебное разбирательство сопровождается взаимными претензиями следствия и защиты. В марте замгенпрокурора Российской Федерации главный военный прокурор Сергей Фридинский направил письмо председателю Госдумы РФ Борису Грызлову, в котором, по сути обвинил в давлении на суд депутата Госдумы Дмитрия Рогозина –общественного защитника Сергея Аракчеева. В апреле уже защита обвинила военных прокуроров в оказании давления на свидетелей. А Рогозин заявил, что на него самого оказывается давление. По его словам, "Госдума рассматривает вопрос о легитимности моего участия в процессе. Кроме того, комитетами Госдумы вносятся проекты поправок в закон, ограничивающие права депутатов Госдумы в участии в судебных процессах".

Напомним, что офицеров уже брали под стражу. Это произошло 20 декабря 2006 года, но 13 февраля 2007 года их освободили под подписку о невыезде благодаря депутатам Дмитрию Рогозину, Сергею Бабурину, Алексею Митрофанову, Евгению Ройзману и Андрею Савельеву.

Заметим, что Аракчеев неоднократно выражал недоверие судье Северо-Кавказского окружного военного суда, в котором происходит рассмотрение дела, и потребовал его отвода. Подсудимый заявил, что "В ходе предварительного слушания в суде неоднократно высказывалась угроза судьи в мой адрес, в частности, фразой "Я вас огорчу". И действительно, есть от чего: Аракчеев в вину судье ставит тот факт, что он "встал на сторону обвинения, избрав меру пресечения под содержание под стражей", а также его отказ судьи предоставить время на ознакомление с материалами уголовного дела вновь назначенному адвокату Аракчеева Дулимову, известному защитнику полковника Буданова. Как ни странно, защитник 22 июня он был сбит автомобилем.

Подсудимые считают, что обвинение было построено лишь на показаниях солдат группы Худякова, которых как и Аракчеева, следователи держали в подвале прокуратуры. Характерно, что впоследствии на суде почти все они от своих показаний отказались. При допросе один из свидетелей защиты заявил, что представитель гособвинения приезжал в воинскую часть для беседы с ним. Вне всякого сомнения, такое поведение недопустимо. В то же время тот сослался на то, что оказался там случайно. Выходит так, мимо проезжал. Суд принял во внимание заявление защитников подсудимых и вынес стороне обвинения замечание: "В случае повторения будут приняты жесткие меры".

Все дело шито белыми нитками: нет ни одного, даже косвенного доказательства вины офицеров. Про показания свидетелей обвинения и потерпевших и говорить нечего: они настолько противоречат друг другу, что присяжные часто не могли сдержать смеха. Сам Аракчеев свидетельствует: "В уголовном деле нет ни одного документа, который подтверждал бы или опровергал то, что я находился в состоянии алкогольного и наркотического опьянения. Преступление было совершено 15 января 2003 года, а меня задержали 24 марта 2003 года, т.е. никакой экспертизы даже не было".

По сути, в очередной раз ни за что тянут на "зону" защитников Отечества. Тот же Аракчеев в Чечне разминировал в боевой обстановке около 30 сложных взрывных устройств, за что был награжден медалью Суворова, медалями "За воинскую доблесть", "За ратную доблесть" и наградным кинжалом. При разминировании был контужен.

Между делами Ульмана и Аракчеева-Худякова существует несомненная связь. Но есть и существенная разница: первого судили за исполнение приказа, а Аракчеева и Худякова судят несмотря на то, что документально установлено, что их вообще не было на месте преступления. Как известно, Ульман и двое его товарищей бесследно пропали. Сам Аракчеев заявил следующее: " Я не виноват, поэтому бегать и прятаться я не буду". Разумеется, поступок мужественный. Ведь есть страны, готовые всегда предоставить убежище и высокооплачиваемую работу профессионалам и где отношение к ним будет трепетное. Но зачастую на деле подобное благородство и вера в торжество справедливости оборачивается трагедией. Известно, что 17 июня супруга единственного осужденного майора Алексея Перелевского родила девочку, третьего ребенка. В данный момент она живет в одном из военных городков в пригороде Улан-Удэ, находится в глубокой депрессии и не хочет жить.

Выходит, кому-то очень надо осудить очередную группу офицеров, участвовавших в антитеррористической операции на Северном Кавказе. Кому – видно невооруженным глазом. К чему этому может привести? В своем интервью "NewsInfo" главный редактор журнала Минобороны «Ориентир» полковник Михаил Болтунов заявил: "Дело Ульмана уже привело к тому, что нередко подчиненные отказываются выполнять приказы или тормозят их исполнение, требуя письменного подтверждения распоряжений, и новое преследование боевых офицеров лишь еще больше усугубит этот процесс".

  Более того, все это способно вызвать разложение армии в целом. Таким образом, дело сталинских юристов Вышинского и Ульриха живет и процветает в условиях демократической России. Молодые офицеры и так бегут из армии на "гражданку". Ведь там, к примеру, можно без особых проблем устроиться на более спокойную работу охранника и не бояться того, что тебя ни за что ни про что укатают топтать "зону". В свое время, когда в США осудили лейтенанта Келли, обвиненного в убийстве "мирных вьетконговцев", это во многом вызвало разложение американской армии, массовые рапорта об увольнении.

И никакой гарантии того, что их российские коллеги не поступят также, нет. Однако о чем думают наши руководители, допуская безобразное судилище над защитниками Отечества? Ведь может настать тот час, когда разбредутся бывшие офицеры по разным иностранным легионам и охранным конторам, а защитить страну от террористов и бандитов будет некому. Врагов у нас навалом уже хотя бы потому, что страна наша богата сырьевыми ресурсами. Сегодня те, кто ими распоряжается, видимо, мало думает об их сохранности. Иначе бы они не допустили подобного издевательства над армией и ее последними рыцарями-офицерами, преследуемыми по сути за то, что они за копейки защищают Отечество и одновременно тех, кто их пытается осудить.