Курсы валют:
  • Обменный курс USD по ЦБ РФ на 24.07.2017 : 58.9325
  • Обменный курс EUR по ЦБ РФ на 24.07.2017 : 68.6623
  • Обменный курс GBP по ЦБ РФ на 24.07.2017 : 76.5828
  • Обменный курс AUD по ЦБ РФ на 24.07.2017 : 46.5979

Наука

Image

Есть ли жизнь на пенсии

Французская финансовая корпорация Natixis опубликовала ежегодный рейтинг Global Retirement Index, согласно которому Россия заняла 40-ю позицию из 43. Этот рейтинг ежегодно измеряет, насколько комфортно живется пенсионерам в разных странах.

Image

СССР и "бесплатное жилье"

Расхожим тезисом в защиту СССР стало то, что квартиры сейчас стоят миллионы, а вот при советской власти жилье давали бесплатно . Этот аргумент вылезает отовсюду, как гоголевская красная свитка Басаврюка. К тому же и цвет соответствующий.

Трансгены: шокирующие результаты исследователей

До сих пор ученые не могут точно сказать, опасны ли для человека генетически модифицированные (ГМ) продукты. Нужны серьезные независимые исследования. Но за “едой Франкенштейна” стоят большие деньги, а найти средства на ее изучение очень трудно. С этой проблемой столкнулись и наши ученые, среди них — ведущий научный сотрудник Института РАН Ирина ЕРМАКОВА. Она провела серию экспериментов на крысах, но закончить их ей не дали — перекрыли финансирование. Однако даже те результаты, что удалось получить, шокировали и ее саму, и ученых во всем мире. О своих сенсационных исследованиях Ирина Владимировна рассказывает в следующем интервью:

— Почему ГМ-продукты могут быть опасными?

— Во-первых, в процессе внедрения гены могут не только мутировать сами, но и оказывать негативное воздействие на геном растений.   

Во-вторых, в ГМ-растениях могут образовываться неизвестные токсичные белки, а поэтому трансгены могут вызывать у человека токсикозы или аллергию. Фантастический рассказ о том, как в результате генетических манипуляций появились новые растения, которые приводили людей к слепоте, может стать реальностью уже сегодня.    

В-третьих, способы встраивания гена несовершенны и не гарантируют безопасности растений, созданных с их помощью. Существуют два наиболее распространенных. Первый — обстрел клеток микрочастицами золота или вольфрама с нанесенными на них генами. При этом неизвестно, сколько новых генов и в какое место генома клетки встроится. Второй (более распространенный и более опасный) — внедрение генов с помощью плазмид почвенной опухолеобразующей бактерии. Немецкие ученые показали: плазмиды из ГМ-корма попадают в клетки разных органов животных. Перед началом своих исследований я тоже предположила, что плазмиды из ГМ-растений попадают к нам в организм — в кровь, кишечник, сперму и пр., вызывая впоследствии опухоли, мутации и нарушение репродуктивной функции.

 — Вам важно было провести эксперимент именно на животных?

 — Да. С помощью тестов, которыми сейчас исследуют ГМ-растения, определить, опасны ли они, невозможно. А вот когда животные питаются ГМ-кормом, результат можно увидеть достаточно быстро. И выяснить, станет ли животное болеть, нарушатся ли его репродуктивные функции, поведение и др.

 — А почему именно крысы? Сейчас некоторые ученые уверяют, что люди и крысы — две большие разницы.

 — Нет, исследования как раз показали, что люди генетически гораздо меньше отличаются, например, от мышей, чем предполагали раньше. Хотя у нас нет хвостов и усов, по строению организма и биохимии мы очень близки. Крыса — удобный объект для исследования — неприхотливая, недорогая… Правда, финансирование моего эксперимента быстро прикрыли. Как только я его начала, началось и давление на институт со стороны лоббистов ГМ-продуктов. И мне рекомендовали этим не заниматься. Даже полное название института, где я работаю, наше руководство просит не упоминать в интервью.

 — В чем конкретно заключалось давление?

 — Как мне сказали, два академика, лоббисты ГМО, обратились в президиум РАН с требованием прекратить исследования. В связи с тем, что… идет такой большой поток трансгенных продуктов на наш рынок, что ничего поделать нельзя, не надо будоражить людей. Их позиция такова: травитесь, а мы будем стоять в стороне.

 — Но теперь, вероятно, все будет по-другому: лично Юрий Лужков распорядился выделить деньги из столичного бюджета на продолжение вашего эксперимента.

 — Деньги уже выделены, но наш институт от этой темы открестился. Теперь исследования продолжат в других НИИ, и проводить их буду не только я, но и другие ученые — слава богу, желающие нашлись. К тому же общенациональная Ассоциация генетической безопасности объявила о начале первого в мире публичного эксперимента. Принципиально важно собрать на него средства из независимых источников, чтобы никто никого не заподозрил в лоббизме. В эксперименте, который будет идти в “прямом эфире” (что-то вроде шоу “За стеклом”), согласились участвовать не только московские ученые, но и ученые из других городов.     

 Нужны деньги, чтобы арендовать помещение, установить в нем видеокамеры, задействовать людей. На свои исследования я потратила все личные сбережения, плюс мне помогла одна женщина. Благодаря чему я смогла провести эксперименты, о которых теперь говорят во всем мире. Ссылки на них есть на 40 тысячах сайтов. О них пишут в Англии, США, Австралии и в других странах. Меня приглашали с лекциями в Японию.

 Изучение влияния ГМ-растений на другие организмы — огромная научная проблема, которую биотехнологи в силу своей заинтересованности решить не могут. К тому же исследования должны проводить научные коллективы, независимые от грантов компаний — производителей ГМО.     

— Это сложно сделать?

— Нет. Но, к сожалению, происходит что-то непонятное. Я получила очень много писем от ученых из разных уголков мира. И все признаются, что возможности провести независимые исследования у них нет. Так, австрийский ученый написал: “Я предвижу, что, получив такие результаты, вы столкнетесь с интересами западных корпораций. Появятся “компетентные” мнения авторитетных ученых, опровергающие ваши данные. Ваши работы будут игнорировать, вам попытаются воспрепятствовать в проведении новых исследований”.    

 Или история коллеги из Австралии, которая обратилась в правительство своей страны с предложением повторить мои эксперименты: на нее начались нападки в Интернете, а на правительство — давление со стороны лоббистов ГМ-продуктов.

Любопытное письмо пришло от голландцев. Сначала они написали: “Мы вам не верим”. Я ответила: “Это ненаучно — верить или не верить. Вы можете проверить”. Через несколько месяцев снова получила письмо от одного из них: “Ни я, ни мои коллеги из Англии не знаем о том, чтобы где-либо были проведены подобные эксперименты. Этого следовало ожидать. Исследования проводятся с заведомо известными результатами. Единственный безопасный выход — закрыть на это глаза. Этими людьми управляют силы зла. Продолжайте работать. Возможно, мы все же одержим победу!”

 Дело в том, что на такие исследования практически невозможно получить гранты, но даже если удается найти средства — результаты почти нереально опубликовать в научных изданиях. Компании отказываются предоставлять ГМ-материал для исследований или требуют взамен полного контроля над экспериментом. Когда фермеры покупают у компаний ГМ-семена, дают подписку, что не имеют права отдавать их на исследования. Кстати, очень часто ГМ-семена не прорастают, и фермеры вынуждены снова их закупать. В Индии даже зафиксирован рост самоубийств среди фермеров. Им продавали смешанные семена (как традиционные, так и ГМ). Уже через два года они не смогли получить урожай: семена не прорастали. Даже нормальные растения в результате переопыления стали бесплодными. В такой ситуации производители трансгенных семян элементарно могут устроить голод в любой точке мира (а в будущем — и в России), просто отказавшись продавать стране семена. В свое время крупный производитель ГМ-культур компания “Монсанто” заявила, что через 10—15 лет все семена на планете будут трансгенными.

Продолжение читайте в следующем выпуске.

Служба информации