Курсы валют: USD 18/01 59.4015 -0.2052 EUR 18/01 63.2864 0.0556 Фондовые индексы: РТС 11:17 1161.68 0.45% ММВБ 11:17 2179.19 0.02%

Тихий автор тихих зорь

Культура | 24.05.2004



Это невероятно, но я ни от кого никогда не слышал о Борисе Васильеве ни одного не то, что плохого, но даже равнодушного слова. И не только от простых смертных, а (невероятно!) даже от его собратьев-писателей, которые не всегда отличаются доброжелательством и толерантностью по отношению к своим коллегам. Наверное, таким образом Бог ему воздает за его "настоящесть" и истинную интеллигентность. Кто-то сказал о нем, что он пишет настоящие книги, и в них все бывает не как хочется, а как в жизни. Может быть, поэтому в 1973-м и не получил он "Оскара" за фильм по своим легендарным "Зорям". Ведь там нет столь любимого американцами хэппи-энда. Там есть настоящая смерть.

Родился Борис Львович Васильев в Смоленске в семье военнослужащего. В семнадцать добровольцем ушел на фронт. И, слава Богу, выжил, вернулся. А ведь могло все кончиться иначе: он дважды выбирался из глубокого окружения. После войны окончил Военную академию бронетанковых войск, служил в армии, был инженером-испытателем транспортных машин на Урале. До 54-го года был инженером - испытателем. Писательством стал заниматься довольно поздно - в тридцать с лишним лет. Далось оно ему не просто: в первые десять лет работы он просто уничтожал все свои рассказы. Признание пришло позже, в семидесятые, когда были опубликованы "А зори здесь тихие", "Самый последний день", "Не стреляйте белых лебедей", "В списках не значился". Я не говорю уже о киносценариях "Аты-баты, шли солдаты", "Завтра была война" или о настоящем триумфе - фильме "Офицеры", от которого, так же, как от "Зорь" всегда подступает комок к горлу. Думаю, что это - не от какой-то гипретрофированной сентиментальности. Здесь все гораздо сложнее: и гордость за настоящих людей, и ностальгия по тем, немного наивным, но замечательным временам, когда человек человеку был без шуток - друг, товарищ и брат, и горечь за тех, кто погиб с именем тирана на устах… Кажется, что он безжалостен к своим героям. Нет, он просто знает жизнь. Оказывается, политуправление просило его оставить в живых хотя бы одну героиню из "Зорь…" Но он считает, что тогда бы получилась совершенно другая книга. "Девчонки были обречены, потому что не умели воевать".

Опять хочу процитировать одного из тех, кто писал о Васильеве: "…приняв в свою душу героев этих произведений, уже невозможно остаться прежним. Могут забыться детали и даже имена, но ощущение комка в горле не проходит очень долго. Наверное, остается навсегда - хотим мы того или нет". Когда читаешь его повести, невольно очень зримо представляешь себе героев. Наверное, поэтому его произведения так часто экранизируются и ставятся в театрах. Легендой, например, стали "Зори здесь тихие" на Таганке или "В списках не значился" в Ленкоме… Сам писатель считает, что фильм по "Зорям" получился несколько сентиментальным. "А у Любимова был спектакль совершенно страшный. После него выходили молча. Шепотом говорили в фойе, как на похоронах. Он сделал чистой воды трагедию". Многие режиссеры и актеры "выросли" на этой настоящей литературе. Почему так происходит? Да потому, что в ней - жизнь, в ней - нормальный русский язык без литературщины, с одной стороны, и без стёбного слэнга, с другой.

В отличие от многих своих коллег, Борис Васильев - человек не тусовочный, не "медийный". Живет на даче. На телеэкране появился только в день своего юбилея. Причем, это - принципиальная позиция. Он считает, что в такие годы "преступно тратить время на развлечения". Единственное, что принимает из благ цивилизации - это компьютер: гордится, что освоил его и теперь сидит за ним с утра до ночи…Что пишет? Исторический роман. Сам говорит, что начал заниматься исторической литературой с того, что написал историю своего рода. "Вот, например, сын моего прапрапрадеда - Сашка Алексеев - дружил с Пушкиным. Когда Александра Сергеевича сослали в Кишинев, он жил у Сашки в мазанке…"

Судя по всему, военная тема - исчерпана. Хотя его иногда поросят написать продолжение "Офицеров". Но он отнекивается, дескать, не знаю современную армию. Да и нынешняя политика с бесконечными войнами, судя по всему, выводит его из себя. А по поводу "Офицеров" в душе его жива обида. Он писал сценарий ко второй серии, да и ту сильно сократили. Оказывается, там шла речь о лагерях. Встречались два генерала и спрашивали друг друга: "Ты жив?" Между строк читалось, что они сидели…

На вопрос о том, счастлив ли он, Борис Львович отвечает утвердительно. Еще бы - в 1934-м удалось выжить после сыпного тифа. Не погиб в окружении. При всех семи прыжках у него раскрывался парашют. А главное его счастье, как это ни удивительно, тоже созвучно названию того фильма, с которого я начал эту заметку. Его любимую жену зовут Зоря, благодаря которой он, собственно, стал писателем. Именно она помогла ему преодолеть неуверенность, когда он только начинал писать.

Васильев - неизлечимый оптимист. "У меня до сих пор душа поет по утрам", - говорит он. - Я кряхтеть и сопеть не умею". Дай Вам Бог, Борис Львович! Так держать!

Павел Подкладов

Использованы фрагменты интервью Бориса Войцеховского и Валентины Львовой с Борисом Васильевым.

tech
Код для вставки в блог

Новости партнеров