Курсы валют: USD 31/05 56.5168 -0.1938 EUR 31/05 62.9484 -0.42 Фондовые индексы: РТС 14:17 1079.04 -0.62% ММВБ 14:17 1936.19 -0.24%

Божественный Дали

Культура | 11.05.2004


Сальвадор Филипп Яхинто Дали и Доминик родился 11 Мая 1904 года в городе Фитуэрас в семье среднего достатка. Его назвали в честь его старшего брата, который умер за два года до его рождения. Правда сам Дали оспаривал этот факт. Он утверждал, что родился на два месяца раньше, поскольку был уверен, что начал думать, еще когда находился во чреве матери, в семь месяцев. "Было тепло, мягко и тихо, - говорил он. - Это был рай". Возможно, он утверждал это, так как в детстве он был абсолютно уверен, что родители любили вовсе не его, а старшего брата. Это откровение появилось в Невысказанных откровениях Сальвадора Дали, книге, опубликованной в 1976 году.

Его отец был государственным нотариусом в Фигерасе. Он был республиканцем и атеистом. Мать Сальвадора была любящей женой и непоколебимой католичкой, которая, настояла на том, чтобы ее семья регулярно посещала церковь. Оба родителя любили Сальвадора и его младшую сестру Анну-Марию и обеспечили им самое лучшее для того времени образование, которое было доступно.

С самого раннего возраста Сальвадор хотел быть художником и к десяти годам уже написал маслом яркую картину "Елена Троянская". Вместе с тем он был весьма оригинальным мальчиком, любившим привлекать к себе внимание, даже если для этого приходилось падать с высокой школьной лестницы. Его любимым местом отдыха была большая кадка в комнате для стирки белья, где Сальвадор мог часами сидеть, размышляя и рисуя. Он также любил прятать свои длинные волосы под большой черной шляпой и позже называл себя первым в мире хиппи.

Дали был умным юношей, хотя любил утверждать обратное. Он обладал природным талантом в рисовании, что отразилось в рисунках на полях его учебников и карикатурах, которые он рисовал, чтобы позабавить свою сестру. Его талант развивал Рамон Пихо, местный художник импрессионист -пуантилист и друг семьи Дали.

Большая часть юности Дали прошла в семейном домике возле моря в Кадакесе. Здесь мальчик с богатым воображением общался с местными рыбаками и рабочими, вбирая в себя мифологию низших слоев общества и изучая суеверия своего народа. Возможно, это повлияло на его талант и стало предпосылкой вплетения мистических тем в его искусство. Как утверждала Анна-Мария, их дом был такой же, как и все остальные. Жизнь казалась счастливой, хотя смерть матери от рака в 1921 году явилась огромным эмоциональным потрясением и тяжелым ударом для семьи.

Когда Дали исполнилось семнадцать, он уже начал завоевывать признание в художественных кругах Фигераса. Он покинул дом, уговорив отца послать его в Мадрид в Академию изящных искусств Сан-Фернандо, одним из самых известных директоров которой был Франсиско Гойя. Это было в 1922 году. Он был полон самоуверенности, ищущий приключений, но знающий, что дома его ждет тихая пристань. Однако впоследствии это убеждение было сильно поколеблено.

Через четыре года после смерти жены отец Дали женился на бывшей жене своего брата. Дали счел это предательством. Так родилась одна из самых первых его аллегорий, основанная на истории Вильгельма Телля, которого Дали превратил в Эдиповского отца, желающего уничтожить своего сына. Дали использовал эту тему в некоторых своих картинах на протяжении многих лет. Иногда он включал в них свою жену Галу и Владимира Ильича Ленина, которого Дали считал неприкосновенной фигурой отца (как тому учили сюрреалисты).

В Мадриде талантливый юноша получил несколько призов за лучшие работы и в то же время был отстранен от учебы на год за подстрекательство студентов на бунт против неправильного назначения нового профессора. Год спустя он вернулся и познакомился с людьми, которые оказали большое влияние на его жизнь. Одним из них был Луис Бюнюэль, который впоследствии стал одним из самых уважаемых в Европе киноавангардистов. Другим большим другом Дали, оказавшим на него огромное влияние, был Федерико Гарсия Лорка, поэт, ставший вскоре одним из самых популярных драматургов Испании. Отношения между Дали и Лоркой были очень близкими. Как Бюнюэль, так и Лорка являлись частью новой интеллектуальной жизни в Испании. Новые идеи стимулировали и без того радикальное мышление Дали. Это привело его к несогласию с позицией Академии изящных искусств, и он был вновь исключен в 1926 году за подстрекательство к беспорядкам среди студентов.

В юности художник был подвержен влиянию разных стилей в искусстве. В 1926 году Дали вместе с семьей совершил поездку в Париж, мировой центр искусства. Там он побывал в мастерской Пикассо. Другим фактором, влиявшим на образ мышления Дали в тот период, было отсутствие у него интереса к развитию новых подходов в технике письма.

Большинство его работ в то время было сделано в духе исследования новых течений, преобладавших тогда в художественном мире Парижа. Он попробовал себя в качестве импрессиониста. Затем была попытка создания картины в стиле кубизма.

Во время поездки в Париж в 1928 году его приятельница испанская художница Джоан Тиро познакомила Сальвадора Дали сюрреализмом. Вскоре Дали стал лидером этого направления.

В 1929 г. пришло приглашение от друга Бюнюэля, которое художник не мог не принять. Его пригласили в Париж для работы над сюрреалистическим фильмом с использованием образов, выловленных из подсознания человека. Фильм назывался "Андалузский пес". Это был короткий фильм, созданный для того, чтобы шокировать и задеть за живое буржуазию и высмеять крайности авангарда. Среди самых шокирующих кадров есть и по сей день знаменитая сцена, которую, как известно, придумал Дали, где глаз человека разрезается пополам при помощи лезвия. Разлагающиеся ослы, которые мелькали в других сценах, тоже являлись частью вклада Дали в работу по созданию фильма. Теперь этот фильм является классикой сюрреализма.

В этом же году Дали написал картину "Великий мастурбатор", одну из наиболее значительных работ того периода. На ней изображена большая, похожая на восковую голова с темно-красными щеками и полуприкрытыми глазами с очень длинными ресницами. Огромный нос упирается в землю, а вместо рта нарисован гниющий кузнечик с ползающими по нему муравьями. Подобные темы были характерны для работ Дали 30-х годов: он питал необыкновенную слабость к образам кузнечиков, муравьев, телефонов, ключей, костылей, хлеба, волос.

Дали сам называл свою технику ручной фотографией бетонной иррациональности. Она была основана, как он говорил, на ассоциациях и интерпретациях не связанных между собой явлений. Как ни удивительно, но и сам художник отмечал, что понимает не все свои образы.

Хотя творчество Дали было хорошо воспринято критиками, прочившими ему большое будущее, все же успех мгновенной пользы не принес. И Дали дни напролет колесил по парижским улицам в тщетных поисках покупателей для своих оригинальных образов. Ими, например, служили женская туфля с большими стальными пружинами, очки со стеклами величиной с ноготь и даже гипсовая голова рычащего льва с жареным чипсами. Он рисовал образы, знакомые разуму: людей, животных, здания, пейзажи - но позволял им соединиться под диктовку сознания. Впоследствии Дали назовет свой уникальный подход "параноидально - критическим методом". Как утверждал художник, он освобождался от подсознательных образов, как сумасшедший. Эксцентричность даже привела Дали к ссоре с коллегами-сюрреалистами, которые в 1934 году исключили известного живописца из своего движения, объявив, что "он проявляет нездоровый интерес к деньгам и повинен в вульгаризаторстве и академизме".

Продолжение следует

tech
Код для вставки в блог

Новости партнеров