Курсы валют:
  • Обменный курс USD по ЦБ РФ на 22.01.2018 : 56,5892
  • Обменный курс EUR по ЦБ РФ на 22.01.2018 : 69,3953
  • Обменный курс GBP по ЦБ РФ на 22.01.2018 : 78,8231
  • Обменный курс AUD по ЦБ РФ на 22.01.2018 : 45,4242

Мир

МЫ и ПОЛИТИКА: Три китайских условия для Далай-ламы

- С сентября прошлого года вы дважды отправляли в Китай эмиссаров правительства Тибета в изгнании. Это высокий темп, если учесть, что переговоры между Дхармасалой и Пекином вот уже десять лет не сходят с мертвой точки: Можно ли говорить о новом прорыве в решении тибетской проблемы?

- Возобновление прямых контактов с Пекином важно само по себе, но речь тем не менее не идет о возобновлении переговоров. На самом деле единственный реальный прорыв в решении тибетской проблемы произошел в 80-е годы. К несчастью, никакого прогресса с тех пор достигнуто не было. В 1993 году диалог в китайскими руководителями вообще прервался. Поэтому мы довольны этими новыми контактами с Китаем. Тем более что, по отзыву наших эмиссаров, встречи проходили в весьма дружественной обстановке. Мы надеемся, что за ними последуют и другие встречи, которые выльются в серьезные дискуссии. Пока что, по сути дела, нет ничего нового. С 80-х годов мы требуем самоопределения, но уже не говорим о независимости. Китайцам это прекрасно известно.

- Однако китайцы, похоже, не готовы отказаться от поставленных ими трех условий возобновления полноценных переговоров. Как далеко вы готовы пойти, чтобы вернуться за стол переговоров?

- Я считаю, что эти предварительные условия уже выполнены. Китайцы требуют, чтобы мы публично признали Тибет неотъемлемой частью Китайской Народной Республики. Это уже сделано, поскольку мы отказались от требования независимости, как я только что сказал. Что касается места Тибета по отношению к Китаю на протяжении минувших веков, то пусть об этом судят историки: это они должны заявить, что Тибет всегда был независимой страной. Но прошлое есть прошлое. Сегодня иная ситуация, и нужно двигаться вперед, учитывая эту реальность.

Второе условие, выдвинутое Пекином, заключается в том, чтобы тибетцы отказались от всякой антикитайской деятельности. Но мы таковой и не ведем. Мы ограничиваемся протестом против нарушения прав человека, чинимого пекинским режимом в Тибете, против репрессий и унижений, которым подвергается наш народ.

Третье условие: тибетцы должны признать Тайвань китайской провинцией. Но мы не поддерживаем никаких отношений с независимыми властями Тайваня. В свое время я даже посоветовал тайваньским руководителям сохранять контакт с Китаем. В конце концов, Тайвань нас не касается. Короче говоря, китайским властям следовало бы понять, что эти три предварительных условия являются надуманной проблемой и что они не должны служить препятствием к возобновлению переговоров.

С нашей точки зрения, настоящая проблема - это условия жизни тибетского народа, и наша главная цель состоит в их улучшении. Экономическая ситуация в Тибете продолжает ухудшаться. Китайцы массами селятся здесь, чтобы "размыть" тибетскую культуру. Пекинский режим ограничивает для наших детей возможность получать образование. Сами эти дети предпочитают учить китайский, а не тибетский язык, так как знают, что иначе они не найдут работы.

- Высказавшись в пользу автономии, Вы избрали "срединный путь", который одобряют далеко не все тибетцы. Как решить эту проблему?

- Тибетские молодежные организации хотят независимости, это правда. Они не согласны со мной. Но мы не конфликтуем. И скажу честно: если мой подход себя не оправдает, эта молодежь будет иметь право подхватить эстафету и потребовать независимости.

- Сколько Вам нужно времени, чтобы добиться успеха?

- Нужно иметь терпение. Контакты с Пекином возобновились меньше чем год назад. Но если через два - три года никакого результата не будет, мне будет трудно объяснить молодежи обоснованность "срединного пути". Но я еще надеюсь на успех. Мой тезис ясен: если китайское правительство будет уважать нашу культуру и наши фундаментальные права, мы будем удовлетворены. И если, в свою очередь, китайский народ хотя бы немного приобщится к тибетской духовности, от этого будет только взаимная польза. Уже сейчас в КНР наблюдается возрождение буддизма. И здесь я даже встречал китайцев, которые плакали, узнав о том, как их страна ведет себя в отношении Тибета и тибетцев.

- Вы являетесь сторонником ненасилия. Некоторые тибетцы в этом тоже расходятся с вами...

- Мало кто из тибетцев призывает прибегнуть к насилию. Даже Тибетский молодежный конгресс, выступающий за независимость, не одобряет его. Если это произойдет, я уйду из политической жизни. Впрочем, я уже наполовину в отставке с тех пор как два года назад было сформировано правительство в изгнании. Именно оно занимается сегодня тибетской проблемой, хотя премьер-министр по-прежнему передает мне на утверждения все принятые им решения.

- Не слишком ли это трудно: быть одновременно и политиком, и духовным лидером?

- Я являюсь политическим лидером лишь постольку, поскольку защищаю национальное дело Тибета. Политиканская политика меня не интересует. Впрочем, когда придет время вернуться в Тибет, я сниму с себя все политические обязанности. Монахам не положено вмешиваться в политику: например, они не должны поддерживать кого-либо на выборах. Я часто думаю о Махатме Ганди. Конечно, он был ключевой фигурой в борьбе Индии за независимость, но в определенном смысле ему удалось остаться над политическими схватками.

По материалам Le Figaro, перевод на сайте InoPressa

Image

Гендиректор АО «ОЗК» М.Кийко получил Диплом РБИ «Организация года»

Генеральный директор АО «Объединенная зерновая компания» Михаил Кийко получил Диплом и Серебряный крест Русского биографического института. Награду ему вручили на торжественной церемонии, посвященной награждению лауреатов премии.

Image

Спорт: России пора перейти в контрнаступление

Антидопинговый скандал длится уже которую неделю. Пранкеры еще в мае позвонили от имени украинского министра спорта главе ВАДА, и тот в приватном разговоре признался, что это все, конечно, политика. Могут ли подобные разоблачения на что-то повлиять? Этот вопрос Pravda.Ru задала Дарье Митиной, секретарю ЦК Объединенной коммунистической партии (ОКП).