Южные Курилы: у слабого всегда сильный виноват

Министр иностранных дел Японии Сэйдзи Маэхара вчера вызвал в свою резиденцию российского посла в Токио Михаила Белого. Причиной неожиданного приглашения стали озвученные Дмитрием Медведевым планы посетить Южные Курилы, которые Япония рассматривает в качестве оккупированных Россией "северных территорий". И хотя приехать на Курилы президенту РФ помешала погода, он пообещал сделать это в ближайшем будущем. Японский МИД поспешил заявить, что подобный визит возымеет "серьезное влияние на двусторонние отношения".

Реакция российских политиков была молниеносной. Константин Косачев, председатель думского комитета по международным делам, заявил: "Наши японские коллеги перешли грань приличий, позволяя себе диктовать нашему президенту, какие части России он может посещать и какие нет!" Заявление главы японского внешнеполитического ведомства Косачев назвал "неадекватным, неприемлемым и вызывающим сожаление".

Четыре крошечных островка в Тихом океане - Итуруп, Кунашир, Шикотан и группа Хабомаи - уже более полувека отравляют отношения между Страной восходящего солнца и Россией, препятствуя заключению мирного договора между двумя государствами. И чем дольше продолжается этот территориальный спор, тем меньше чувства реальности остается в заявлениях одной из сторон конфликта.

Почему обычно столь хладнокровные японцы, в культуре которых демонстрация своих чувств считается проявлением крайней слабости, теряют над собой всякий контроль, когда речь заходит о пресловутых островах? Без небольшого экскурса в историю международных отношений понять это будет сложно.

До конца XVIII века японцам никакого дела не было до этих территорий. Японские рыбаки, открывшие их, не обратили на утлые каменные утесы, затерянные на просторах великого Тихого океана, никакого внимания. И лишь после того, как там появились первые русские поселенцы, и эти территории на картах стали помечаться как владения Российской империи, сегунское правительство в Токио вспомнило о крошечных островах к северу от острова Хоккайдо. К этому времени сам Хоккайдо, после многовековых войн с айнами, наконец, прочно вошел в состав империи микадо, что открывало путь к дальнейшей экспансии на север. Но японские сегуны опоздали - Курильские острова уже активно осваивались подданными российского царя.

Однако это не смутило токийских правителей, и в 1845 году Япония в одностороннем порядке провозгласила суверенитет над всем Сахалином и Курильскими островами. Такое неслыханное самоуправство привело Николая I в бешенство, но тут подоспела позорная Крымская кампания, и Петербургу стало не до утесов на краю земли. Заключенный в 1855 году Симодский трактат закреплял оккупированные японцами Южные Курилы в юрисдикции токийского правительства, а Сахалин переходил в совместное ведение двух империй. А в 1875 году, в обмен на всю Курильскую гряду, Россия вернула полный суверенитет над Сахалином.

После поражения империи Николая II в Русско-японской войне Токио потребовал Сахалин в качестве контрибуции, а когда японцам напомнили о соглашении тридцатилетней давности, они заявили ведшему переговоры Сергею Витте: "Война перечеркивает все договоры!". Однако, благодаря дипломатическому таланту Витте, им пришлось ограничиться только половиной вожделенного острова.

Вновь проблема Сахалина и Курильской гряды всплыла в мутных волнах международных отношений после победы союзников во Второй мировой войне. 2 сентября 1945 года на борту американского линкора "Миссури" была подписана безоговорочная капитуляция милитаристской Японии. А через шесть лет, 8 сентября 1951 года в Сан-Франциско был заключен мирный договор между союзниками и Страной восходящего солнца, согласно которому Токио отказывался от всех прав и правооснований на Сахалин и Курильские острова.

Более чем через сто лет после наглой оккупации сегунским правительством русских земель на Дальнем Востоке Сан-Францисский мирный договор поставил жирную точку в истории дележа злосчастной гряды.

Именно это дало российскому премьеру Владимиру Путину право с полной уверенностью назвать на прошлогодней пресс-конференции в Улан-Баторе позицию России в этом застарелом территориальном споре "железобетонной". Именно поэтому, когда заходит речь о "захваченных вероломными русскими северных территориях", токийские политики теряют самообладание, напрочь забывая о традициях стоической по своему духу самурайской этики.

А Южные Курилы, как отметил Константин Косачев, комментируя истошные вопли японского министра иностранных дел, суверенная территория Российской Федерации, и это не обсуждается.