Выгодно гадить

Образование отходов на предприятиях РФ ежегодно растет в среднем на 15%. Официально, 96% из них не представляют серьезной угрозы для окружающей среды. Вместе с тем нередко предприятия искусственно занижают класс опасности образующихся у них отходов, что также оказывает влияние на статистику – такие данные озвучил Ростехнадзор.

Гораздо более печальная статистика с противодействием нарушителям экологического законодательства. Штрафы настолько мизерны, что предприятиям выгоднее платить их, чем инвестировать средства в очистные и оградительные сооружения. Показательна недавняя ситуация на Сахалине, где устье реки Зима было завалено строительными отходами. За неисполнение предписаний по устранению данного нарушения, на «виновное» предприятие накладывались штрафы в… 20 тысяч рублей!

Впрочем, дело не столько в штрафах, сколько в неисполнении на должном уровне экологического законодательства, сказал NewsInfo.ru эксперт Международного социально-экологического союза Максим Шингаркин.

В России относительно продвинутое экологическое законодательство. Однако «на сегодняшний день лоббирование со стороны промышленных групп преобладает над здравым смыслом, - говорит Шингаркин. Те госорганы, которые должны защищать граждан от негативного воздействия промышленности на окружающую среду и здоровье человека, не в состоянии реализовать свои полномочия в законодательном плане».

Так, несмотря на то, что у в законе прописаны ограничения на возможные сверхнормативные выбросы, большинство промышленных предприятий осуществляет сбросы сверх разрешенных. Лазейкой для многих из них (кроме тех, кто загрязняет природу «по беспределу») стали «временно согласованные выбросы».

Эти временные решения призваны были стать инструментом стимулирования бизнеса. «То есть они должны выдаваться единовременно на определенный период с обязательной реабилитацией загрязненных земель», - уточняет Шингаркин.

Ситуация выглядит таким образом: предприятие за единицу выбросов должно платить 1 рубль. И если оно вместо этого производит 5 единиц выбросов, то за сверлимитные 400% выбросов оно должно платить в 25-кратном размере.

«На практике происходит не так, рассказывает наш эксперт. Предприятие обращается в государственные регулирующие органы, в первую очередь к губернаторам, и согласовывают временное разрешение на 5 единиц выбросов, платить по рублю за каждую единицу. И получается, что государство вместо 100 рублей получает пять».

В итоге, с 95% сверхнормативных выбросов в стране государство не получает ни копейки.

Типичный пример: одна из известных российских компаний имеет четыре тысячи гектаров загрязненных земель в районе озера Самотлор. «По закону вся эта земля должна была быть взята в аренду с момента загрязнения и по момент сдачи в «реабилитированном» виде», - говорит Шингаркин. Кроме того, за загрязнение этой земли должен идти постоянный платеж, добавляет он.

Эксперт уверен, что, следуя букве закона, «государство этой компании может выставить счет почти на миллиард долларов в год. Если бы хотя бы раз законодательство было соблюдено, то эта компания нашла бы деньги на реабилитацию этой территории».

Таких примеров – масса. В России площадки для размещения токсичных отходов порой не огорожены даже банальным забором, не говоря о более сложных очистных системах.

«У нас в стране действует замечательное положение – «презумция экологической опасности», - напоминает эксперт. - Толкование такое: если нанесение ущерба окружающей среде очевидно, то еще до выяснения причин и способов устранения, фиксируется сама экологическая опасность, которая становится основанием для решения суда об остановке предприятия».

Но чиновникам зачастую не выгодно наказывать нарушителей, сокрушается Шингаркин. Ведь крупные промышленные предприятия порой оказываются либо ключевыми налогоплательщиками в регионе, либо их акционеры тем или иным образом связаны с местными властями на неформальном уровне.

«На практике добиться приостановки предприятия, наносящего серьезный вред окружающей среде, невозможно», - подчеркивает эксперт.