Таджик и узбек поссорились под ногами у России

Президент РФ Дмитрий Медведев в ходе своего недавнего визита в Узбекистан недвусмысленно заявил: Россия не станет принимать участия в строительстве ГЭС без согласия соседних среднеазиатских республик. В Таджикистане это расценили как сговор с Узбекистаном, который выступает категорически против строительства. Причина этого – дефицит водных ресурсов, остро ощущающийся в Средней Азии. Строительство ГЭС, полагают в официальном Ташкенте, неминуемо приведет к сокращению снабжения Узбекистана водой.

Душанбе выступил с официальной нотой протеста, в которой подверг критике российскую сторону за отказ от прежней позиции – ранее Россия соглашалась на участие в строительстве. В ответ посол Таджикистана был вызван в российское министерство иностранных дел для объяснений. В чем же здесь камень преткновения, и почему Россия отказалась от своих первоначальных намерений?

Стротельство Рогунской и Сангтудинской гидроэлектростанций было начато еще в советское время, однако к настоящему моменту они построены лишь наполовину. В 2004 году право достройки Рогунской ГЭС получила российская компания «РусАл», владельцем которой являлся Олег Дерипаска. По мнению экспертов, его заинтересовали в первую очередь перспективы добычи алюминия, стоимость тонны которого осенью 2004 года поставила рекорд за 9 лет, приблизившись к 2 тыс. долларов. Осенью того же года ведущие эксперты спрогнозировали резкое увеличение спроса на электроэнергию, вырабатываемую именно на ГЭС – она самая дешевая и к тому же не зависит от цены на углеводородное сырье. Тогда сразу активизировалось российское РАО «ЕЭС», выступив со своими инициативами в регионе.

Однако в 2007 году Душанбе в одностороннем порядке отказался от услуг «РусАла», заявив, что станция будет достроена самостоятельно. По всей видимости, таджикские власти решили использовать ГЭС как возможное средство давления на соседний Узбекистан. Напомним, что Таджикистан во многом зависит от поставок газа из Узбекистана, который недавно повысил цену за него почти вдвое. А высокая плотина на Рогунской ГЭС, позволяя регулировать сток в реки Центральной Азии, дает возможность Таджикистану регулировать и сток воды, попадающей в узбекские долины – а соответственно, диктовать свои условия. И отказ от услуг «РусАла» как раз был вызван разногласиями сторон о типе и высоте плотины.

В конце 2007 года Россия представила новый проект межгосударственного соглашения о достройке Рогунской ГЭС, заниматься которым должны была одна из дочерних компаний РАО «ЕЭС». Но и здесь Таджикистан «уперся рогом», потребовав 60% акций совместного предприятия - тогда как Россия настаивала на принадлежности себе контрольного пакета их 51% акций.

Отметим, что другие проекты, не столь важные с точки зрения контроля стоков вод а территорию других государств, реализуются вполне успешно. Так, летом прошлого года был запущен второй агрегат Сангтудинской ГЭС-1, стройка которой была начала тоже еще в советский период, а достраивает ее российская сторона, которой принадлежит контрольный пакетом акций соответствующего совместного предприятия. Строительство Сангтудинской ГЭС-2 ведет иранская сторона, и тоже без проблем.

А вот вопрос о Рогунской ГЭС – это, по сути, вопрос о стратегическом доминировании в регионе, и в первую очередь – над Узбекистаном. Дарить эту возможность Таджикистану нельзя – и здесь союзником Москвы выступает Ташкент, позиция которого, с точки зрения экспертов – ключевая в вопросе о привлечении инвесторов. Этим и объясняется жесткая реакция Москвы на ноту Таджикистана – от него необходимо добиться, чтобы контрольный пакет акций в предприятии по строительству и доводке Рогунской ГЭС принадлежал именно России.

Есть и второй момент, в силу которого так важно добиться соглашения на российских условиях. Таджикистан последнее время все активнее предлагает свою территорию как маршрут для транзита грузов НАТО для продолжающейся операции в Афганистане (два года назад при участии США был построен мост через реку Пяндж на таджикско-афганской границе). При этом Таджикистан уже успел зарекомендовать себя как ключевое государство в наркотранзите из Афганистана: после заключенного в 2004 году соглашения о поэтапной передаче охраны границы российскими пограничниками таджикский поток наркотиков возрос в 3,5 раза (при этом содействие в обучении и оснащении таджикских пограничников оказывали США). В таких условиях давать Таджикистану дополнительный рычаг давления на другие страны региона - просто смерти подобно.