Приморский "концлагерь" для стариков и инвалидов

Очередной скандал, спровоцированный интернет-видео, разгорается в Приморье. Есть там Седанкинский интернат, откуда недавно сбежали несколько подопечных. Не в силах больше терпеть издевательства, пожилые люди обратились в редакцию местной газеты. Журналисты выслушали и выложили в Сеть рассказ запуганных стариков о том, каково это - жить в казенном доме под началом директора-самодура и его приспешников. Слушать, честно говоря, страшно. Но следственный комитет успокаивает: теперь пусть боятся сотрудники интерната.

В Седанкинском доме ветеранов проживают 500 пенсионеров и около 40 молодых людей-инвалидов. Недавно пятеро постояльцев интерната были вынуждены сменить место жительства, проще выражаясь, устроить побег. Причиной отчаянного шага, на который решились престарелые и тяжело больные подопечные, стал откровенный и бесчеловечный садизм со стороны руководства учреждения. Беглецы обратились за помощью к сотрудникам местной газеты "Арсеньевские вести". Те внимательно выслушали и, не мешкая, организовали запись видеообращения, чтобы о творящихся в интернате ужасах узнали все.

Сидя перед камерой, бабушки и дедушки по очереди рассказывали поистине невероятные вещи, в которые сложно поверить - потому что очень не хочется мириться с существованием такого зверства. Сбежавшие постояльцы говорят, что персонал под предводительством директора Виктора Логачева обращался с ними как с бессловесной скотиной. У подопечных отбирали паспорта, запирали людей в комнатах, запугивали страшными уколами, а любую провинность, даже самую ничтожную, сажали в изолятор или, того хуже, отправляли в психиатрическую больницу.

"Полтора года назад я просидела две недели в психушке. И вот уже сколько времени я не могу добиться, чтобы против директора Логачева возбудили дело, - рассказывает одна из пенсионерок. - Меня посадили за то, что я кормлю бездомных котов, собирая отходы со столовой. Но сейчас мы живем под девизом: "Все на свинарник", поэтому мне запретили собирать объедки. Но котов жалко ведь... И вот как-то раз в столовой устроили облаву, когда я собирала объедки. На меня налетели сотрудники, выхватили у меня пакет, позвали директора. Он сначала предложил мне съесть все эти объедки в его присутствии, но я отказалась. Он мне угрожал милицией, потом вызвал "психушку", мне не позволили никому позвонить даже... Мне стало плохо, они вызвали врача, дали таблетки. Потом пришли два дюжих санитара и забрали меня. Не позволили даже взять с собой необходимые для больницы вещи".

Другого пенсионера - Анатолия Юрина - руководство интерната и вовсе записало в ряды социально опасных. "Примерно 12-15 февраля ко мне подошла врач-терапевт. Заметьте, не главврач и не директор. Она объявила, что вынесли коллегиальное решение. Мне поставили диагноз, что я социально опасный тип. Меня собираются переселить в тяжелый корпус", - рассказал он журналистам "Арсеньевских вестей". Этот "социально опасный тип" - инвалид, у него нет одной ноги. Чем он мог угрожать сотрудникам казенного дома, остается только догадываться, хотя и так понятно: гораздо правильнее было бы их самих внести в список опасных.

Но это все, если верить рассказу беглецов, еще цветочки. А ягодки растут на рынке недвижимости, где сотрудники Дома ветеранов активно проворачивают аферы с жильем своих пленников. Бывшая обитательница интерната Татьяна Рафаиловна говорит, что стариковразными способами - кого обманом, а кого и принуждением - заставляют продавать свои квартиры за сущие копейки. Да и комнатами самого учреждения тоже с удовольствием торгуют, нашелся бы только охотник до такой собственности.

На молодых подопечных руководство интерната зарабатывает иным способом, обрекая на самый настоящий рабский труд. Двенадцать часов в день, двести рублей в месяц - вот на каких условиях "трудоустраивали" бесправных и беззащитных инвалидов. Именно такая участь постигла одного из сбежавших, Владимира Лебедя. Всякий раз, когда он пытался возмутиться и потребовать хоть какую-то прибавку, ему быстро затыкали рот действенной угрозой - отправить в психушку или выгнать на улицу.

Безусловно, на такие рассказы должны были немедленно отреагировать правоохранительные органы. Но первым, разумеется, отозвался многократно упоминаемый беглецами директор дома-ветеранов Виктор Логачев. Он посулил суровое возмездие пенсионерам и инвалидам, опорочившим его доброе имя. "Это наглая грубая ложь, которая будет оспорена в суде. Это действительно наши люди, не самые лучшие их представители, - сказал руководитель интерната журналистам. - Я жду справку по последней проверке от Роспотребнадзора и прокуратуры. С этими документами и пойду в суд".

Несмотря на горячий протест Логачева, правоохранительные органы решили провести проверку фактов, изложенных в видеоролике. "Будет дана оценка всей информации и доводов, представленных в СМИ", - пояснила журналистам старший помощник прокурора края Елена Телегина. Однако еще до появления первых выводов следователей стало ясно, что дыма без огня не бывает: персонал дома ветеранов начал поспешно увольняться, видимо, опасаясь проблем с законом. Надо сказать, слава у Седанкинского казенного дома самая что ни на есть дурная. Буквально несколько лет тому назад предшественник Виктора Логачева на директорском посту - Юрий Синькевич - был уличен в мошенничестве, распродаже жилья своих подопечных (инвалидов, пенсионеров, беспомощных и одиноких людей) и отправлен за решетку. Так что если прокуратура найдет подтверждения обвинениям, прозвучавшим в адрес нынешнего руководителя интерната, вряд ли кто-то из местных жителей сильно удивится.

Впрочем, особого удивления не вызывают подобные случаи, где бы в нашей стране они ни происходили. Резонанс - да, скандал - да, но к злоупотреблениям и мошенничеству все давно привыкли. Несколько лет назад группа волонтеров, по мере возможности помогающих российским пенсионерам, рассказала стране о том, как живется беспомощным бабушкам и дедушкам в доме престарелых в богом забытом поселке Ямм Гдовского района Псковской области. Навестив стариков, активисты движения пришли в ужас. Пенсионеры были брошены на произвол судьбы: жили без соответствующего ухода в холодных грязных комнатах с печным отоплением, мылись в бане раз в неделю, а то и реже, не имели возможности выходить на улицу.

В таких нечеловеческих условиях люди, и без того страдающие различными заболеваниями, умирали один за другим, но никто из местных чиновников на это внимания не обращал - до тех пор пока его не привлекли к проблеме волонтеры. Правда, одними властями дело не ограничилось, о положении стариков узнала вся страна. Заинтересовалась Общественная палата, а потом дошло и до губернатора Псковской области. В итоге директора Владимира Попова уволили, а его бывших подопечных - тех, кто выжил - переселили в другие интернаты.

Таких историй по стране - тысячи. Однако огласку из них получают лишь единицы. Но когда получают, заставляют задуматься: не дай нам Бог дожить до старости и стать никому не нужными, ни собственным детям, ни стране. На самом деле вряд ли найдется в России хоть один человек, который всерьез верит в существование комфортабельных бесплатных приютов для людей с ограниченной дееспособностью или вовсе недееспособных. Слово "социальный" в отечественном лексиконе давно приобрело подспудную негативную окраску. И не впервые всплывают кошмарные истории, связанные с домами престарелых и ветеранов, да и уголовные дела по таким фактам не раз заводили. Но любая проверка дает лишь временный эффект, по прошествии которого все возвращается на круги своя.