МЫ и ЭКОНОМИКА: Нам с ОПЕК не по пути.

Рынок нефти всё ещё никак не определится. Война в Ираке закончилась, но прогнозы цены на нефть колеблются от 10 (Михаил Ходорковский) до 28 долларов (верхняя планка желательной цены для стран-членов ОПЕК). Подобно тому как на нью-йоркской фондовой бирже идёт борьба «быков» и «медведей», на мировом энергетическом рынке идёт борьба экспортёров и стран-потребителей нефти. В ходе войны в Ираке США («медведи») существенно снизили свои запасы нефти и сообщения об этом стали фактором взлёта цены до 40 долларов за баррель в конце февраля. Но одержав победу, американцы обрели новый мощный инструмент влияния на мировой энергетический рынок – иракские нефтяные месторождения. Ещё неделю назад началась добыча на южноиракских месторождениях, вчера - позавчера начали работать скважины Киркука и Южной Румейлы. Нефть пошла, и к концу года добыча возрастёт до 3 млн. баррелей в день. Столько добывалось в Ираке до войны. Между тем ОПЕК («быки») на прошлой неделе приняло решение снизить добычу на 2 млн. баррелей из тех трёх, что добывалось взамен иракской нефти. Пока что им удалось стабилизировать цену на нефть в пределах 22-26 долларов за баррель, но добыча в Ираке будет продолжать расти и после достижения «потолка» в 3 млн. баррелей. Чтобы удержать цену, ОПЕК и дальше будет вынуждена снижать квоты. Это значит, что роль членов ОПЕК будет снижаться и, рано или поздно, картель развалится. Например, Алжир уже сейчас недоволен снижением квот, и наверняка фактически не станет их соблюдать. То же будут делать и другие производители нефти. Так что в ближайший год цена на нефть будет сползать вниз.

В этой ситуации ОПЕК ищет другие рычаги воздействия на рынок. Помимо «быков» и «медведей» существуют и так называемые независимые экспортёры нефти. Это Норвегия, Мексика и, прежде всего, Россия. По масштабам экспорта нефти Россия соперничает с Саудовской Аравией. По политическому влиянию – с Соединёнными Штатами. Вступление России в ОПЕК резко усилит авторитет этой организации и возможности её влиять на сохранение нынешних цен на нефть. Более того, авторитет России мог бы повысить дисциплину членов картеля по выполнению квот на добычу. Кроме того, на действия России по сокращению добычи ориентируются другие независимые экспортёры Норвегия и Мексика, как это было пару лет назад. Поэтому неудивительно заявление известного индонезийского аналитика нефтяного рынка Куртуби о необходимости пригласить в ОПЕК Россию.

Между тем, в это время министр энергетики РФ Игорь Юсуфов находился в стане «медведей», на конференции Международного энергетического агентства в Париже. Это агентство, которое объединяет 26 крупнейших стран-потребителей энергоресурсов. Оно существует с конца 70-х годов прошлого века, и создавалась в противовес ОПЕК, в ходе резкого взлёта цены на нефть. Основной её функцией является координация промышленных запасов нефти. Это проявилось, например, в ходе первой войны в Персидском заливе, когда, использовав свои резервы, импортёры не дали взлететь ценам на нефть. В ходе переговоров Юсуфова с главами энергетических ведомств Южной Кореи, Японии, Великобритании, Германии, США, Канады и Норвегии речь шла о "стабильности нефтегазовых рынков, перспективных направлениях развития международного сотрудничества в нефтегазовой сфере, а также взаимоотношениях России с МЭА". Россия должна занять особое место в Международном энергетическом агентстве вне зависимости от того, является ли она официальным членом этой организации – такова официальная позиция России на данный момент. По мнению аналитика ИК «Проспект» Дмитрия Царегородцева «России стоит вступить в МЭА. Членство в нём ни к чему не обязывает. Агентство проявило себя только 10 лет назад, синхронно откупорив нефтяные запасы своих членов. В мирный период оно имеет совещательно-информационную форму».

Россия сейчас в очень выгодном положении. Обладая большим экспортным потенциалом, она может маневрировать между ОПЕК и МЭА, решая две стратегические задачи. Во-первых, не допустить падения мировой цены на нефть ниже заложенной в бюджете. На будущий год она установлена в районе 20 долл. за баррель. Вторая задача – нарастить объёмы добычи и экспорта нефти. По заявлению Игоря Юсуфова Россия к 2020 году планирует увеличить объем добычи нефти до 450-520 млн. тонн с 380 млн. тонн в прошлом году. Для решения обеих этих задач у России есть все возможности. Стремление России не допустить падения цены на нефть ниже планки рентабельности добычи в Западной Сибири находит понимание на западе. В США нефтяное лобби всегда было сильнейшим и тоже не заинтересовано в падении цены на нефть ниже 16 долларов за баррель. В крайнем случае, Россия может встать на сторону ОПЕК, а в этом импортёры нефти не заинтересованы. Таким образом, цену на нефть не контролируют полностью ни ОПЕК, ни МЭА, но Россия может быть уверена, что при определении цены её интересы будут соблюдены. Остаётся только наращивать разведку, добычу, транспортировку и экспорт нефти.

Илья Канаев