Критика чиновников перестаёт быть ловушкой: Верховный суд очертил границы "ненависти"

Критика политиков, чиновников и религиозных объединений не должна автоматически становиться поводом для обвинений в разжигании ненависти. Верховный суд РФ призвал отличать резкие оценки и публичные споры от экстремистских призывов, уточнив границы допустимого в подобных делах. Об этом сообщает издание "Известия" со ссылкой на разъяснения, прозвучавшие 23 декабря на заседании пленума ВС.

Что Верховный суд отнёс к допустимой критике

"Критика политических организаций, идеологических и религиозных объединений, политических или общественных деятелей в связи с исполнением ими своих полномочий или осуществлением иных действий, обусловленных их статусом, а равно политических, идеологических или религиозных убеждений, национальных или религиозных обычаев сама по себе не должна рассматриваться как действие, направленное на возбуждение ненависти или вражды", — указал Верховный суд.

В суде дали понять, что при рассмотрении подобных дел необходимо анализировать содержание высказываний и их направленность, а не ограничиваться фактом критики как таковой.

Где проходит граница с экстремизмом

Пленум, как отмечается, напомнил: под экстремизмом могут пониматься призывы к геноциду, массовым репрессиям, депортации и к противоправным действиям в отношении групп людей. Этот перечень задаёт ориентир для правоприменения и позволяет отличать выражение мнения от подстрекательства к насилию или дискриминационным практикам.

Отдельно подчёркнуто, что критика или осуждение политиков, чиновников, политических организаций и религиозных объединений сами по себе не являются разжиганием вражды. При этом решающим становится контекст: важно, направлено ли высказывание на унижение группы людей или призыв к действиям против неё. Позиция Верховного суда призвана снизить риск расширительного толкования экстремистских статей.

Символика и цели демонстрации

Ещё одно разъяснение пленума касается нацистской символики. Верховный суд указал, что её демонстрация возможна, если цель — борьба с экстремизмом. Таким образом, в оценке подобных эпизодов суды должны учитывать, для чего используется изображение или символ и какое сообщение передаёт автор.