МЫ и ПОЛИТИКА: Дневник жены самоубийцы. Часть третья - 5 сентября 2003 г.

Дневник жены самоубийцы. Часть 2

Воскресенье - Я осталась в Корнволле. Дэвид собирался уехать рано. Я пыталась задержать его. Он был чрезвычайно напряжен. Министерство обороны (МО) предложило ему встретиться в гостинице Horse Guards, но мы все решили, что будет лучше, если с ним поедет наша дочь Рейчел.

Они выехали в 11.30. До этого он купил Sunday Times, чтобы посмотреть, написал ли Ник Раффорд что–нибудь новое. Ник действительно написал. Читая статью, складывалось впечатление, что Ник взял интервью у Дэвида в нашем доме в Оксфордшире.

Это была ложь. И Дэвид сказал: Благодаря Нику, МО будет думать, что я говорил с прессой вопреки своим обещаниям не делать этого. Он был зол. Дэвид немедленно попытался дозвониться до Брайена Веллса в МО. Он не смог сделать это сразу. Брайен сам перезвонил ему позже, и спросил, почему Дэвид не выехал до 11.30.

Он сказал Брайену, что расстроен, и считает несправедливым то, что написали в Sunday Times, так как интервью не было.

Понедельник – Спустились в Корнволл. Дэвиду кто-то позвонил. После разговора он очень расстроился. Оказалось, что Джек Страв из Комитета иностранных дел (КИД), с которым он встречался накануне, был очень недоволен, что на встречу он приехал с дочерью.

Дэвид засмеялся. Это был истерический смех. Он был глубоко, глубоко уязвлен. Он работал над биологическим оружием на очень высоком уровне, а сейчас с ним обращались как с мелкой сошкой. Он всегда был скромен в работе и никогда не хвастался. За долгие годы нашей совместной жизни он всегда был очень скромным и застенчивым человеком.

15 июля он предстал перед КИД – В этот день была тридцать шестая годовщина нашей совместной жизни. Я думала о нем весь день. Он позвонил вечером и сказал, что это был полный кошмар. Время встречи все время переносили из-за якобы заложенной бомбы у здания Парламента, так что было трудно туда подъехать на автомобиле, избежав общения с прессой.

Он чувствовал, что он выступил неудачно. Его оскорбляли, называли неудачником и тряпкой. Позже он спросил Брайена Веллса, было ли это оскорблением, так как он не мог поверить в это. Брайен Веллс сказал: Конечно, нет. Но Дэвид был очень расстроен.

В заключительном комментарии он сказал, что не хочет ничего знать относительно КИД. Впоследствии он будет часто повторять это. Все произошедшее было для него кошмаром.

16 июля Дэвид выступал перед разведуправлением - Тем вечером мы ужинали все вместе. Он выглядел полностью истощенным. Я чувствовала, что он был очень, очень утомлен. Я спросила его как прошла встреча. Он только сказал, что все прошло хорошо. В последствие я редко слышала от него эти слова.

Он настоял, чтобы мы закончили ужин и поехали домой. Всю дорогу он молчал. Дэвид был очень напряжен и утомлен…

Оксана Загладина

Сергей Шевчук

По материалам Guardian