Изгнание шприца по методу Аяцкова

Дмитрий Аяцков: Протяженность границы нашей области с Казахстаном составляет 551 км, и если раньше здесь проходил Великий шелковый путь, Великий соляной путь, то теперь здесь проходит Великий героиновый путь. В чём проблема-то наша основная? В том, что народ у нас по-настоящему уникальный, изобретательный народ - постоянно ищет какие-то новые пути транзита наркотиков в область. Но мы с этим боремся, активно используем международное сотрудничество, и оно даёт свои результаты.

NewsInfo: А какие меры вами применялись? Известно, что был отменен злополучный поезд "Душанбе-Москва", построили две новые таможни на границе с Казахстаном. Что еще?

Дмитрий Аяцков: Много всего делали. Главное, сам подход изменился. Раньше кто у нас занимался наркотиками? Милиция? Нет! Милиция говорит: это не наше дело, пусть этим таможня занимается, мы не можем контролировать ввоз наркотиков в область. Таможенники говорят: это не наше дело, пусть этим ФСБ занимается. ФСБ говорит: пусть этим занимается Госнаркоконтроль - это его сфера. Но ведь не может же Госнаркоконтроль везде успевать. Поэтому у нас все подключились к этой работе. В этом году наши пограничники не выявили ни одного грамма, наркотических веществ. Подчеркиваю: ни одного грамма! А если бы нам удалось вовлечь в это дело не только милицию, таможенников, но и транспортников - автомобилистов, железнодорожников, авиаторов - тогда бы у нас была полностью ясная картина, кто, куда и сколько возит.

NewsInfo: То есть, по-вашему, проблему можно решить только навалившись на нее, так сказать, всем миром? Милиция самостоятельно контролировать ситуацию не в состоянии?

Дмитрий Аяцков: Милиция - это отдельный вопрос. Есть пока определённые перекосы в работе милиции, есть. При этом показатели раскрываемости преступлений хорошие. Откуда берутся эти цифры, я сейчас объясню. Придёт милиция на рынок, арестует 3-4 наркоманов, изымет у каждого один грамм наркотика, полтора грамма. Ведь милиционеру выделяется всего 1000 рублей на контрольную закупку. Что он на эти деньги купит? Милиционер даже толком разобраться не сможет, что он купил.

NewsInfo: Поясните пожалуйста вашу последнюю фразу. Милиционеры ловят наркоманов, потому что не имеют возможности выходить на наркоторговцев?

Дмитрий Аяцков: Именно! Чтобы поймать наркоторговца нужно у него товар купить и отнести то, что ты у него купил в лабораторию на анализ. Пока ты будешь ходить, да пока экспертизу проведут, этот продавец уже скроется давно. А наркоманов ловить проще, их сразу видно. Поймают четырёх человек, у трёх из них найдут наркотик, запишут, что раскрыто 3 преступления, статистика получается хорошая - 75% раскрываемость преступлений, но эффекта нет. Показатели хорошие, а наркоманов всё больше и больше. Поэтому мы решили перевернуть эту пирамиду. Наркоман не только физически больной человек, он и социально больной человек, теперь мы их лечим и не допускаем, чтобы они вернулись к прежней жизни. Ведь человеку, который 10-15 лет был наркозависимым, они после этого не находят общего языка со своими сверстниками. Поэтому надо организовывать клубы для бывших наркозависимых, чтоб эти молодые люди могли между собой общаться, создавать семьи и рожать здоровых детей.

NewsInfo: Если основные каналы наркотраффика перекрыты, откуда в области берутся наркотики?

Дмитрий Аяцков: Я не хочу национальную рознь разжигать, но всё равно скажу. Основная наша проблема - это цыгане. Ведь это ж целые семьи, которые только тем и занимаются, что бесконтрольно распространяют наркотики. И занимаются этим в основном перманентно беременные цыганские женщины и их дети. Почему? Потому что детей под суд не отдашь и не посадишь, а к беременным судьи у нас очень гуманно относятся - дают срок, но условно. А ведь каждая цыганка, особенно беременная - это ж настоящая фабрика по производству преступников!

NewsInfo: А саратовские вузы не являются очагами распространения наркотиков?

Дмитрий Аяцков: Фактически уже нет. Особенно когда руководители наших высших учебных заведений заняли принципиальную позицию, и отчисляют за такие дела. А для молодёжи сейчас намного важнее получение образования, чем всё остальное. У нас несколько лет назад было 65 тысяч студентов. Сейчас у нас уже 113 тысяч студентов. В вузах стало немодно ходить под кайфом. Шприц ушёл из вузов и пришёл в школу. Наркомания очень быстро молодеет. Сейчас уже дети 9-10 лет становятся наркоманами, потому что появляются в школе некие люди… Да те же цыгане приходят и дают детям под видом жвачки наркосодержащие вещества. Мы сейчас ведём разъяснительную работу среди учителей, среди родителей, чтоб они следили, потому что борьба с наркоманией это дело каждого нормального человека.

Беседовала Светлана Лыжина