Триумфальная: последний раз в сезоне

31 декабря активисты ряда оппозиционных организаций провели на Триумфальной площади последнюю в этом году акцию в рамках "Стратегии-31". Велика вероятность того, что это была не только последний митинг в 2010-м - все идет к тому, что это последняя "Стратегия" вообще.

Участие в митинге, организованном Людмилой Алексеевой (как и в прошлом году, явившейся на площадь в костюме Снегурочки), приняло около 300 человек. Как отмечали присутствовавшие на площади журналисты, большинство митинговавших были пожилыми людьми.

Одновременно с согласованным митингом пара десятков лимоновцев попыталась провести несогласованную акцию. Затея, впрочем, была быстро пресечена сотрудниками милиции.

Сам Лимонов был задержан за час до начала митинга на Триумфальной. За призывы провести несанкционированную акцию его и доставили в отделение милиции для разъяснительной беседы.

Угодил в отделение и Борис Немцов. Он принимал участие в митинге Алексеевой, а затем зачем-то призвал собравшихся провести шествие до Тверской площади. Попытка показать пример и прорвать оцепление ОМОНа закончился поражением Немцова.

Впрочем, своим поведением Борис Ефимович скорее продемонстрировал некоторую двойственность натуры российского либерала. Еще до митинга он призывал к шествию. За день до акции на Триумфальной Немцов заявил, что митинг проводить не надо. А уже на площади передумал в очередной раз...

Стоит отметить, что в этот раз людей на Триумфальной собралось в несколько раз меньше, чем 31 октября. Площадка, где проходил митинг, была полупустой. И это, в общем-то, закономерный итог для "Стратегии-31".

Идея собираться по 31-м числам "в защиту 31-й статьи Конституции" принадлежит Эдуарду Лимонову. Задумка оказалась успешной - если под успехом понимать внимание прессы. Впрочем, и это внимание Лимонову удалось заполучить не сразу. Акции на Триумфальной проводятся с лета 2009 года. Однако на первые проходили только сторонники Лимонова в количестве трех-пяти десятков человек.

Все изменилось только после того, как на один из митингов явилась глава Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева. Сначала она объявила себя "наблюдателем", затем стала одним из заявителей митинга. Постепенно, не сразу, преодолевая отвращение к Лимонову и его сторонникам, на Триумфальную площадь стали подтягиваться и представители либеральных оппозиционных групп. Учитывая традиционную симпатию к ним со стороны ряда московских газет, интернет-изданий и радиостанций, значительно возросла и медийная поддержка акций.

За происходящим Эдуард Лимонов наблюдал с ревностью - придуманная им акция на глазах уплывала к правозащитникам. Собственно, никто и не вспоминал, кто первый предложил выходить на Триумфальную площадь. С фантазией у несистемных либералов всегда кризис, а признавать "первородство" Лимонова очень не хотелось. Так "Стратегия-31" и стала акцией "надпартийной".

Неверно было бы думать, что разногласия между Лимоновым и Алексеевой проявились только перед митингом 31 октября, который глава МХГ согласовала с московскими властями, не поставив в известность Лимонова. Все началось еще раньше.

В марте 2010 года, после терактов в московском метро, Людмила Алексеева отказалась выходить на Триумфальную, сочтя митинг в той ситуации неуместным. Лимонов, в свою очередь, на площадь вышел.

31 мая особых разногласий среди организаторов не наблюдалось. Судя по всему, по той причине, что та же Алексеева клятвенно пообещала в марте провести митинг в последний весенний месяц.

Зато перед митингами 31 июля и 31 августа разногласия между Алексеевой и Лимоновым уже ни для кого не были тайной. Сначала Лимонов назвал правозащитников "предателями" после того, как они согласились со слухом, что акции на Триумфальной будут согласованы, если среди заявителей не будет Лимонова. Затем он же провозгласил себя "боевым знаменем оппозиции", а Людмилу Алексееву, не согласившуюся признавать его единоначалие, отнес к категории "глупцов" и "остолопов".

По сути, вместе Лимонова и Алексееву вместо держало только то, что акции на Триумфальной площади не удавалось согласовать с властями. "Союз" распался перед митингом 31 октября, когда глава МХГ согласилась с предложением властей провести митинг в количестве 800 участников. Лимонов же в порыве досады разоткровенничался и во всеуслышание заявил, что ему согласованные акции вообще не нужны, а весь смысл как раз и заключается в том, чтобы с властями ни о чем не договариваться.

Впрочем, ругань между Лимоновым и Алексеевой по большому счету не так уж и важна. А вот что действительно важно, так это то, что за полтора года своего существования "Стратегия-31" не стала сколько-нибудь популярной. В митингах, даже самых многочисленных, принимают участие те же самые люди, что и в других акциях несистемной оппозиции. Можно сколько угодно анонсировать проведение акций в десятках российских городов (и тихо молчать о том, что в итоге митинги прошли в Москве, Санкт-Петербурге и еще пяти-шести городах), но популярнее от этого "Стратегия-31" не стала.

А это говорит об одной вещи - лозунг свободы собраний не актуален. Граждане России не считают, что с ними в стране есть проблема.

Ограниченное пространство Триумфальной площади важно организаторам "Стратегии-31" еще и по причине того, чтобы скрыть малочисленность участников акции. От акций на той же набережной Тараса Шевченко или Болотной площади организаторы митингов на Триумфальной отказываются вовсе не по причине того, что они малолюдные и их там никто не увидит. Просто будет видно, насколько мало "защитников" 31-й статьи Основного закона...

Очевидно, что "Стратегия-31" себя исчерпала. На Триумфальной площади прошел уже второй согласованный с властями митинг. Алексеева и Ко проводят свои акции там, где хотят. И можно предполагать, что в следующем году и им, и Лимонову придется придумывать что-то еще. Рассчитывать на вечный интерес даже симпатизирующих журналистов к подобным акциям уже не приходится.