Украина намерена без России разделить Керченский пролив

Между Россией и Украиной после распада СССР так и не решен вопрос о морских границах в акватории Азовского и Черного морей. Окончательной демаркации границы должна предшествовать ее делимитация - определение общего положения и направления границы между сопредельными государствами. Но камнем преткновения является Керченский пролив и статус Азовского моря. Обоснование украинской стороны здесь простое; предельно четко его выразил в 2006 году бывший тогда министром иностранных дел Украины Борис Тарасюк. По его словам, еще в начале 1940-х годов была определена линия административной границы между УССР и РСФСР.

Линия неоднократно подтверждалась, в том числе картами Генерального штаба СССР. И поскольку в 1991 году бывшие советские республики автоматически признали административные границы советского периода государственными – то же самое должно быть сделано и применительно к Керченскому проливу. Вопрос о границе в Азовском и Черном морях «завязан» на делимитацию границы в Керченском проливе. А в затягивании переговоров Украина обвиняет Россию. Мол, та использует двойные стандарты, согласившись признать со странами Балтии административные границы государственными и не желая делать того же по отношению к Украине.

Действительно, вопрос завязан на пролив, спору нет. Но только едва ли в той связи, в которой говорит об этом украинская сторона. В 2003 году Россия и Украина заключили между собой договор о сотрудничестве в использовании Азовского моря и Керченского пролива. Там четко прописано, что эти акватории исторически являются внутренними водами России и Украины. Об этом заявлял 29 января посол по особым поручениям МИД РФ Александр Толкач, комментируя отсутствие прогресса в вопросе о делимитации границы.

Раз под документом стоит подпись украинской стороны – она обязана признавать статус этих акваторий как внутренних. В этом случае вопрос об административных государственных границах уже не может вставать с момента заключения этого договора – в конце концов, сами подписали, никто не давил. А в СССР между союзными республиками по акватории внутренних морских вод административные границы не устанавливались, таких документов не существует. Так что вся украинская аргументация с юридической точки зрения превращается в ничто. Поэтому за дальнейший срыв переговоров о делимитации с учетом признанного «внутреннего» статуса пролива и Азова ответственность должна нести именно украинская, а не российская сторона.

Но та соглашаться не желает – есть что терять. Если признать «внутренний статус» Азова – то тогда нужно рассматривать все острова как обладающие «неопределенным статусом», как делает Россия. Этот статус тогда получает и остров Тузла, отошедший к Украине вместе с Крымом в 1954 году, и от которого та считает свою морскую границу. Таким образом, к Украине отходят 2/3 акватории Керченского пролива с проходящим по ней Керчь-Еникальским судоходным каналом – единственным путем для крупных судов. Через него, во-первых, ежегодно проходят 8,5 тысяч иностранных судов, принося украинской казне до 80 млн. долларов, а во-вторых - это стратегический путь в Азовское море и для военных кораблей. Поэтому Украина последовательно отклонила три российские инициативы решения вопроса о совместном использовании канала.

Кроме этого, есть и другой мотив. Украина все еще продолжает верить, что будет принята в Евросоюз и НАТО (хотя представители обеих организаций четко дали понять, что в обозримой перспективе этого не будет). Для этого нужно окончательно урегулировать все пограничные вопросы. Отсюда и все заверения Виктора Ющенко в адрес «западных друзей» о том, что в нынешнем году делимитация границы будет осуществлена. Эту мысль он озвучил в конце декабря на встрече с послами стран «Большой семерки» и «тройки» Евросоюза. Но компромисса с Россией на украинских условиях не будет, это очевидно. Если российская сторона не пошла на них даже в «лихие 90-е», то теперь об этом тем более не может быть речи. В итоге вопрос продолжает «висеть» и перспектив для его разрешения при нынешнем украинском президенте ждать не приходится.