Российских аграриев пугает богатый урожай

Высокая рентабельность деятельности перекупщиков, по словам директоров предприятий, объясняется отсутствием должной инфраструктуры по хранению зерна в самих хозяйствах.

"У нас, в совхозах, за редким исключением, нет денег для содержания собственных элеваторов, а тем более для их строительства. Вот они (перекупщики – прим. автора) и пользуются этим обстоятельством. Нам хранить зерно негде. А в тех помещениях, которые называются зернохранилищами, зерно можно держать только в сухую погоду", - отметил NewsInfo директор совхоза имени Ульянова Красноармейского района Самарской области Владимир Зятчин.

Впрочем, есть еще одна причина – сугубо экономическая. Еще в разгар уборочной к руководителям хозяйств начинают приезжать многочисленные кредиторы и требовать возврата денежных средств.

"Все это так. Я скажу, что и с "урожайных" денег, как правило, погашаются долги по зарплате. Дело святое – в августе с людьми надо рассчитаться. У многих дети в школы идут, либо в институты. В общем, низкая или высокая цена, а деньги нужны", - добавил Владимир Зятчин.

Для того, чтобы исправить подобную практику в России с 2001 года начали проводится зерновые интервенции. Суть зерновой интервенции заключается в том, что государство закупает по фиксированной цене у сельхозпроизводителя зерно и направляет его в зерновые фонды. Аграрии эту практику одобряют, но сетуют, что слишком поздно проводятся государственные закупки.

"Зерновая интервенция – это хороший экономический механизм. Главный его недостаток – поздние сроки проведения. Как правило, интервенцию проводили в конце октября – начале ноября. Это не совсем эффективно. По мнению моих коллег, закупку надо проводить не позднее конца августа – начала сентября. То есть после завершения уборочной. Эффекта будет больше", - акцентировал в интервью NewsInfo свою точку зрения президент российского зернового союза Аркадий Злочевский.

В этом году, судя по всему, зерновая интервенция пройдет не позже второй половины сентября. На оптимальных сроках проведения настаивает президент России. На традиционном совещании с членами кабинета министров он акцентировал внимание главы минэкономразвития РФ Германа Грефа на скорейшем решении этого вопроса. Напомним содержание беседы, стенография которой была размещена на официальном сайте президента.

"Владимир Путин. Теперь давайте поговорим о внутренних вопросах: экономических, социальных. Пока в целом ожидается неплохой урожай – до 75–78 миллионов тонн зерновых. И мы, конечно, должны подумать о стабильности цен, о том, чтобы у нас была сбалансированная ситуация и в сельскохозяйственном секторе, и на потребительском рынке. Поэтому, так же как и в прошлые годы, нужно своевременно принять решение государственных о закупках.

"Владимир Владимирович, действительно, у нас пока урожай несколько лучше, чем мы закладывали в прогноз. По состоянию на сегодняшний день свыше 22 миллионов тонн зерна уже собрано и урожайность с гектара несколько ниже, чем в прошлом году, но значительно лучше, чем ожидалось. Поэтому цены на пшеницу пошли вниз, снизились за последний месяц примерно на 10–13 процентов и составляют в среднем 2,5 тысячи рублей. Соответствующие средства в этом году в бюджете предусмотрены, и положение выпущено в отношении так называемых интервенций на зерновой рынок, с тем чтобы поддержать в осенний период цены на рынке, чтобы не допустить провала и дать возможность производителям окупить свои затраты.

В этом году, я надеюсь, мы сумеем вовремя провести интервенции, и сейчас с Министерством сельского хозяйства готовим соответствующие документы. Уже в начале осени этого года начнется выход Федерального агентства на рынок. И я надеюсь, что мы сумеем поддержать цены примерно на сегодняшнем уровне".

На этой неделе в министерстве сельского хозяйства России должны установить ценовые коридоры для зерна разных классов. В настоящее время известно, что зерно 3-го класса будет закупаться государством по цене 3300 рублей за тонну. Правда, это предварительный прогноз, полученный Newsinfo из неофициальных источников в Минсельхозе РФ", - отметил Герман Греф.

Игорь Карачин