Иммунитет Клаудио Раньери – часть II

- У меня, можно сказать, уже выработался иммунитет на президентов. Но, по правде говоря, ни с кем из них больших проблем не возникало. По одной простой причине: я сразу ставил все точки над "i" и предупреждал, что не позволю вмешиваться в мои планы. Поэтому никто из президентов не лез с тактикой, составами и прочим.

- Под обстрелом СМИ, когда все писали о вашей замене, тем же Эриксоном, вы сохраняли чувство юмора...

- К жизни надо относиться философски. В ней нынче нет места донкихотам. Я не могу бороться с ветряными мельницами и всегда придерживаюсь линии наименьшего сопротивления - только и всего. Я загружен работой, надо готовиться к матчам, а их иногда три в неделю. У меня нет времени слушать всю ерунду, которую обо мне говорят.

- Ваша манера общения покорила англичан и местную прессу...

- Все дело в том, что я никого из себя не строю. Хотя в Италии у меня была репутация человека тяжелого и необщительного. Но здесь меня воспринимают так, как надо… За границей, получается, меня лучше понимают, чем в Италии. У меня на родине очень трудно некоторые вещи говорить с юмором, ведь все, что связано с футболом, там воспринимается уж слишком серьезно.

- Вам приписывают такие слова: "Когда я заключил контракт в Англии, сбылась моя мечта". Это так?

- Даже не думал о работе в Англии до того момента, когда со мной связались руководители "Челси". Да и никогда у меня не было каких-то заграничных планов. К примеру, вопрос переезда в Валенсию был решен неожиданно - за 24 часа. Можно сказать, я плыву по течению.

- Чем отличается нынешний английский футбол?

- Всем. Это и особая атмосфера, и отношение болельщиков к своему клубу. У меня здесь были действительно волнующие минуты. Вот, к примеру, в мой первый год работы в Англии мы играли в последнем туре в гостях с "Манчестер Сити", практически уже вылетевшим из премьер-лиги. На выходе из туннеля мы увидели такую картину: полный стадион, все трибуны стоят и аплодируют игрокам "Сити", а у тех слезы на глазах. Английский болельщик не может жить без своего клуба, его он любит крепко - до боли. И в отличие от той же Италии здешний болельщик не привык наезжать на игроков, тренера или руководство клуба. Независимо от того, победила ли команда или проиграла.

- После такого английского "рая" сможете вернуться в итальянский футбол?

- Почему бы и нет! Я уже говорил, что у меня иммунитет, меня ничто не может испугать. Важно не место, где ты делаешь работу, а то, как ты ее делаешь.

- Но в Италии больше нервотрепки?

- Да. Медики даже провели исследования, и выяснилось, что в Италии игроки более всего подвергаются стрессам. А причина проста: если во Франции, Англии или Испании футбол воспринимают в его изначальном смысле - как игру, то в моей стране все совсем не так. СМИ раздувают и нагнетают, а болельщик верит всему, что читает и что ему говорят с экрана. Когда мне звонит мама, я понимаю, что она больше верит газетам, чем тому, что говорит ей собственный сын.

- В прошлом году в английской прессе и еще больше в Испании было много критики итальянского футбола...

- Недоразумения вытекают из разности наших культур. Вообще итальянцы по натуре хитрецы и проныры: они тщательно изучают соперников, чтобы победить любыми способами. Отношение к жизни испанца, его менталитет - все это отражается в игре: он любит изысканный футбол, размашистый. И если его команда выигрывает 3:2, испанец не терзается из-за того, что пропущено два гола.

- Ваша идеальная команда?

- Мне бы хотелось, чтобы это был сплав трех футбольных культур: итальянской (с ее тактической изощренностью, когда соперники пытаются максимально перекрыть кислород друг другу и защищают свои ворота, как собственных детей), испанской - с ее непосредственностью и стремлением сыграть красиво и неожиданно и английской - с культом борьбы, единоборства.

- Как вам со стороны видится экономический кризис в итальянском футболе?

- Все валят на игроков, но, извините, если я даю слишком много денег дочке, кто в этом виноват - я или она? Возьмем банкротство "Фиорентины". Когда я там был тренером, мне постоянно говорили, что надо брать молодых игроков. Мы так и делали. А как только я ушел оттуда, клуб начал скупать звезд - Миятовича, Ди Ливио, Торичелли и так далее. А ведь в мою бытность тренером экономили каждую лиру! Однажды летом 1996 года три дня проторчал на яхте президента Гори, уговаривая его взять молодого игрока: "Витторио! У этого парня сумасшедший талант! Он элегантен и красив, как Кассиус Клей!" Гори ничего не хотел слышать. Парня того звали… Тьерри Анри.