"Оборотни в камуфляже"

Сергей Маркедонов: Скорее типична. Вся наша армия глубоко больна. Злоупотребления в Северо-Кавказском военном округе, замороженные призывники, массовое бегство из армии, напоминающее февраль 1917 года - как-то все это не вяжется с заявлениями министра о том, что реформа в армии закончилась. Вы спросите у военных: "Кто наш потенциальный противник? В чем заключаются наши российские национальные интересы? Где они начинаются и где заканчиваются?" На все эти вопросы пока внятного ответа нет.

NewsInfo: То есть вы полагаете, что экономические преступления и безразличие к здоровью солдат - производныя от невнятности российской военной доктрины?

Сергей Маркедонов: В том числе и поэтому. Внимание общества почему-то приковано к каждому конкретному чрезвычайному происшествию в армии, а глубинных причин, их порождающих никто не хочет видеть. Почему в армии процветают злоупотребления? А как может быть иначе, если у нас больше закрытых статей, чем в американском военном бюджете? Разумеется, армия не может быть демократичной, открытой с точки зрения воинской дисциплины. Тут любой плюрализм преступен. Но с точки зрения бюджетной открытости, критериев подбора и размещения кадров армия должна быть открыта. Без этого, армия деградирует, разлагается, ворует. Все это мы видим на примере Северо-Кавказского военного округа.

NewsInfo: То, что СКВО был "боевым округом" как-то сказалось на возможностях для злоупотребелений?

Сергей Маркедонов: Разумеется! Ни для кого не секрет, что война - выгодный бизнес. Даже слишком выгодный -воровство солярки, махинации с продовольственными поставками…

NewsInfo: Это исключительно "армейские" бизнес-схемы, или у "преступников в лампасах" были партнеры среди местных?

Сергей Маркедонов: Бизнес, как говорится, интернационален. Тут возможны всякие интересные контакты, странные сближения и неожиданная кооперация - и на уровне генералов, и на уровне офицеров… Только поймите меня правильно, я всегда был и остаюсь сторонником силового разрешения ситуации в Чечне. Тут необходимо правильно расставлять акценты. До сих пор у нас считалось так - если ты сторонник силового решения, значит ты некритически относишься к ситуации в армии, принимаешь ее такой, какая она есть - с воровством. Если критикуешь армию - значит, ты пацифист, желаешь ее капитуляции и так далее. Это все глупости! У России должна здоровая армия, в которой исключено воровство и другие язвы. И эта армия должна максимально жестко и эффективно решать боевые задачи.

NewsInfo: А война без воровства возможна?

Сергей Маркедонов: Нужно минимизировать возможности для воровства. Одна из главных проблем российской власти в Чечне и вообще на Кавказе - это её раздробленность. С одной стороны есть военные, точнее силовые структуры, потому что там, кроме армии, действуют ФСБ и МВД. С другой стороны - администрация Чечни во главе с Кадыровым. С третьей - ведомство Ильясова, якобы ответственное за экономические и финансовые вопросы. В этом треугольнике всегда есть место для злоупотреблений. Для того чтобы чеченская проблема была успешно решена, а "бизнес на войне" прекратился, необходимо иметь власть из одного центра. У нас долгое время считалось, что ловить воров в погонах, обогатившихся на Чеченской войне, непатриотично. Якобы этим мы позорим воюющую армию, играем на руку врагу. А надо было чётко сказать: "Мы за силовое разрешение, но чистыми руками, а не с помощью воров. Вор - это предатель наших интересов, и с ним разговор короткий".

NewsInfo: Как вы полагаете, генералы чеченской войны, сделавшие себе на ней политическую карьеру, будут привлечены к ответственности, если обнаружится их причастность к преступному бизнесу?

Сергей Маркедонов: Думаю, что им ничего не будет. Пока ни борьба с коррупцией, ни борьба с олигархами не выглядят серьезно. Основные преступники на свободе. Создается впечатление, что власть пока нацелена не на реальную модернизацию, а на сохранение бюрократического статус-кво. В таких условиях, разнообразным "советникам по казачеству" ничего не грозит. Как всегда за все ответят "стрелочники".

Беседовала Светлана Лыжина