29 августа 1949 года он взорвал атомную бомбу

Нажать на кнопку и взорвать первую советскую атомную бомбу и вторую, и третью, и все остальные вплоть до термоядерной было доверено ему - Кириллу Ивановичу Щелкину.

Он был другом и соратником Курчатова, вместе с ним, Харитоном, Зельдовичем и Сахаровым был награжден тремя звездами звезды Героя Социалистического труда.

Именно Кирилл Иванович Щелкин создал «Челябинск-70» - второй ядерный центр на Урале, который не только стал конкурентом «Арзамаса-16», но и по многим позициям опередил его.

И вдруг, это было в сентябре 1960 года, научный руководитель и главный конструктор «Челябинска-70», член-корреспондент АН СССР, трижды Герой Социалистического труда К.И.Щелкин уходит со всех постов. Его полностью отстраняют от вопросов, связанных с созданием ядерного оружия, более того, лишают права не только получать информацию в этой области, но даже посещать ядерные центры, в которых он проработал большую часть своей жизни.

По официальной версии, здоровье Кирилла Ивановича Щелкина резко ухудшилось, и он попросил освободить его от занимаемых должностей. Конечно, нельзя сказать, что оснований для такого утверждения не было. Здоровье работающих с ядерным материалом ученых ежедневно подвергается серьезным испытаниям.

Безрассудное отношение к собственному здоровью, работа под лозунгом «бомбу любой ценой», столь популярным в конце 1940-х годов, начали сказываться спустя десять лет. Инфаркты, инсульты, раковые заболевания обрушились на создателей атомного оружия. И Щелкин не стал исключением. Но, тем не менее, столь неожиданный уход его из «Атомного проекта», нельзя объяснить только ухудшением состояния здоровья.

Из рассказов соратников и учеников Щелкина вольно или невольно напрашивается вывод о том, что он был против испытания мощных и сверхмощных ядерных зарядов и не соглашался с таким развитием «Атомного проекта». К сожалению, пока документов, подтверждающих или опровергающих его точку зрения, пока не обнаружено.

Но вернемся немного назад. Огромное количество данных по устройству атомной бомбы было получено по линии внешней разведки из США. Только Кириллу Ивановичу из этого «разведывательного пирога» достались «крохи». Эксперимент нужно было ставить «с нуля», а потому испытательный отдел, возглавляемый Щелкиным, быстро расширялся: уже через год здесь работали и ученые, и конструкторы, и инженеры, и высококлассные механики и рабочие.

Щелкин понимал, что результат первого испытания атомной бомбы во многом будет зависеть от него и его команды. Интересная деталь: когда забирали бомбу из сборочного цеха, чтобы везти на полигон, именно Щелкин последним расписался «в ее получении», взял, так сказать, под свою ответственность. Потом над ним подшучивали: а куда ты дел атомную бомбу, за которую расписался? В документах полигона до сих пор значится, что за такое-то «изделие» (следует номер и шифр) ответственен К.И.Щелкин.

В день испытания, 29 августа 1949 года, в 4 часа утра бомбу подняли на башню. Через час началось снаряжение заряда капсюлями-детонаторами. В 5 часов 40 минут снаряжение заряда было закончено. Последним башню покинул Щелкин.

Много лет атомным и термоядерным изделиям присваивали индекс «РДС». Так предложил назвать бомбу К.И.Щелкин еще до ее взрыва. Берия. курировавший проект, доложил Сталину, тот «благословил», и «изделия» среди прочих шифров и номеров приобрели индекс «РДС».

Все заметили, как волновался К.И.Щелкин в те минуты, когда осуществлял подрыв первой атомной! Рядом с ним на столе стоял флакон валерьянки. Но все кончилось благополучно. Ядерный гриб над Семипалатинским полигоном возвестил о начале атомной эры в СССР.

В середине пятидесятых К.И.Щелкин выступил инициатором создания второго ядерного оружейного центра на Урале и стал его первым научным руководителем.

«Челябинск-70» стал дублером «Арзамаса-16». Игорь Васильевич Курчатов ему очень доверял. Щелкин был великолепным физиком. В нашей области его идеи до сих пор развиваются. Занимаясь детонацией, он обнаружил не известные ранее явления, названные впоследствии «детонациями Щелкина».

Пожалуй, сегодня уже можно более или менее точно сказать, что именно позиция К.И.Щелкина в вопросе о судьбе ядерного оружия сыграла свою роль в освобождении его от работы «по состоянию здоровья».

В то время разработки А.Д.Сахарова положили начало «эре сверхмощных зарядов». Диссонансом звучал голос одного из создателей советского ядерного оружия Кирилла Ивановича Щелкина, который утверждал, что необходимо иметь лишь небольшие ядерные заряды.

Мнение К.И.Щелкина противоречило доктрине того времени, и от него избавились. Уже не было И.В.Курчатова, который, конечно же, не допустил бы увольнения Щелкина, а другие руководители «Атомного проекта» видели в нем лишь конкурента и «неуживчивого» человека.

После увольнения Кирилл Иванович Щелкин жил в Москве, был профессором МФТИ. Мало кто из студентов знал, что им преподает человек, который на заре атомного века во время испытаний последним уходил от атомных и термоядерных «изделий».

И позже, кто бы из журналистов, ученых ни заводил с ним разговор о ядерном оружии, ни единого слова о нем Кирилл Иванович так и не сказал.

Источник: журнал «Наука и жизнь»