Объявление видели все, но говорить было нельзя: что скрывали вокруг квартиры Долиной

Помощник Ларисы Долиной был опрошен в качестве свидетеля и пояснил, что работает с певицей с 2001 года и они видятся почти ежедневно. Он отметил, что в период с апреля по август 2024 года артистка была напряжённой, а её поведение — необычным. По словам свидетеля, в это время у Долиной появлялись странные просьбы о передаче финансов людям, которых он не знал, и он эти просьбы выполнял.

Свидетель также объяснил, почему тема квартиры привлекла его внимание. Он поинтересовался у Долиной о продаже, поскольку, как он указал, не только он, но и "весь дом" знал, что объявление размещено на платформе "Циан". В ответ, следует из определения суда, певица настаивала на конфиденциальности и отрицала реальную продажу.

"Секретная информация" и детали поездки в банк

Согласно документу, Долина говорила помощнику, что информацию о продаже нельзя распространять.

"Это секретная информация и что квартиру она не продает, все фиктивно, так надо и это конфиденциальная информация, нельзя, чтобы даже семья об этом знала", — говорится в документе.

В том же документе описан ещё один эпизод, на который указал помощник. Он сообщил, что сопровождал Долину в АО "Альфа-Банк". По его словам, из банка артистка вернулась с двумя заполненными чемоданами.

Экспертиза и оценка суда

Эксперты пришли к тому, что в момент продажи квартиры Лариса Долина находилась в состоянии психического расстройства, из-за чего ей было сложнее трезво оценивать происходящее и воспринимать доводы людей, которые убеждали её распорядиться имуществом. В документах суда также указывается, что на артистку оказывали психологическое давление, добиваясь нужного решения, и формировали у неё представление о том, что сделка якобы не повлечёт реальных последствий.

Отдельно отмечается, что злоумышленники, по версии, изложенной в материалах, использовали личностные особенности певицы и её способ мышления, что помогло им повлиять на её позицию относительно продажи квартиры. При этом суд указал: само по себе убеждение Долиной в том, что сделка носит фиктивный характер, не может рассматриваться как достаточное основание для признания её недействительной. Эта оценка, отражённая в определении, задаёт рамку, в которой суд рассматривает аргументы сторон.