Стас Пьеха нашёл отца спустя годы — но сказал фразу, которая удивила даже поклонников

Когда ты узнаёшь, что родной человек, которого не видел почти десять лет, оказался жив, и именно эта новость приносит облегчение — это говорит о многом. Такую историю рассказал Стас Пьеха в откровенном разговоре на "Подкасте Абрамова". Оказалось, что с его отцом, Пятрасом Герулисом, не было никакой связи на протяжении долгого времени. Более того, сам Пьеха признаётся: связь была формальной и когда-то существовала скорее по факту, чем по сути.

"Он жив — и этого мне достаточно"

Летом прошлого года певец оказался в тревожной ситуации: он не мог дозвониться до отца, а никто из знакомых не знал, где тот находится. Волнение переросло в беспокойство, пока осенью не появилась весточка. Оказалось, Пятрас оказался в больнице. Его нашла сестра, приехавшая из США в Вильнюс.

"Последняя встреча была много лет назад. Единственное, почему я успокоился: его сестра, которая живет в Америке, приехала в Вильнюс и нашла его живым в больнице. У него был какой-то приступ, его увезли, там диабет, он продал квартиру… В общем, я не знаю всех подробностей, но самое главное, что он жив. Сестра говорит, что ему спасли ноги, потому что там было что-то серьезное", — делится Пьеха.

Информация о том, что отец жив, стала для артиста достаточной, чтобы снять тревогу. В их отношениях никогда не было глубины — и, судя по всему, не предвидится.

Общение длиною в один эфир

С момента последней встречи прошло почти десятилетие. Тогда, по словам Пьехи, они увиделись в рамках телешоу, формат которого не предполагал искренности. Всё выглядело эффектно на экране: "отец и сын спустя 20 лет", слёзы, объятия — но за кадром ничего не изменилось.

"Через какое-то время он приезжал в Москву на одну желтую передачу по типу "Стас Пьеха встретил своего отца спустя 20 лет разлуки". Тогда он уже изменился очень сильно, стал какой-то непонятный. Мы общались день, но это все было на камеру. Ну, он ходил на мой концерт в Литве лет 11-12 назад. Близких разговоров у нас никогда не было, только шутки, прибаутки", — вспоминает артист.

"Я понял, что он чужой"

В детстве Пьеха провёл с отцом всего одну неделю. Тогда ему было 13 лет, и поездка в Литву стала чем-то вроде знакомства с мифическим "папой". Впечатления были двойственными: умный, интересный, но — чужой.

"В детстве я приезжал к нему один раз на семь дней. Меня отправили с ним знакомиться, сказали, что у меня есть батя. Я приехал к нему на неделю, мне было около 13 лет. Я тогда еще понимал, что мужик прикольный, умный, интересный, содержательный, своеобразный, но чужой, странный, не мой батя. Но мы нормально провели время", — говорит Пьеха.

Это ощущение чуждости с тех пор только укрепилось. Ни праздников, ни воспоминаний, ни традиций — только биологическая связь, которая не переросла в человеческую.

Творческий отец и благодарность за отсутствие

Пятрас Герулис — личность творческая: писал музыку, рисовал, ставил спектакли. Однако, по мнению Пьехи, его нестандартное мышление могло бы оказать разрушительное влияние на него в юном возрасте. Он убеждён, что отсутствие отца, возможно, даже пошло ему на пользу.

"Я думаю, если бы он рядом был, то ничего хорошего бы не было. Потому что он человек с очень сложным мышлением, которое мне бы не пригодилось, — рассуждает он. — Если отец тебя не растил, если его не было вообще, и он априори выбрал не быть, надо это принять и не пытаться сделать его папой".

Разрыв, который невозможно починить

Когда-то артист помогал отцу материально, но с годами и эта ниточка порвалась. Переводы в Литву стали невозможны, а попытки наладить контакт — бессмысленны. Как говорит сам Пьеха, их с отцом не объединяет ничего: ни общее прошлое, ни совместное настоящее.

"У нас нет никакой связи. Нас ничего не объединяет вообще. У нас нет ни прошлого, ни настоящего. Ну вот я успокоился, что он жив. И всё, как бы, достаточно", — резюмирует он.