Курсы валют:
  • Обменный курс USD по ЦБ РФ на 27.07.2017 : 59.4102
  • Обменный курс EUR по ЦБ РФ на 27.07.2017 : 69.6406
  • Обменный курс GBP по ЦБ РФ на 27.07.2017 : 78.0234
  • Обменный курс AUD по ЦБ РФ на 27.07.2017 : 47.6707

МЫ и КУЛЬТУРА: Скандал! Скандал? Скандал…или: так легла карта. Как в Каннах Триера «прокатили».

Да, прогнило что-то в каннском королевстве. То ли действительно жюри укусило какое-то вредоносное насекомое, то ли Триер «перебежал» где-то дорожку автору нашумевшего в свое время «Интима», то ли наконец-то проявилась «личная неприязнь» крепких кинематографистов к харизматическому классику – автору знаменитой «Догмы»… Но факт остается фактом: Триер остался «с носом», да простит мне великий режиссер эту сугубо русскую идиому. Обозревателю Newsinfo не удалось присутствовать на фестивале, уж он бы непременно вступился бы за старину Ларса. И за любимого российского режиссера Александра Сокурова, которому все прочили приз за лучшую режиссуру, а результате пришлось довольствоваться только «поощрительным» призом «Фипресси». (Справедливости ради отмечу, что и этот приз вполне весом и престижен. Бывало, что Сокуров уезжал из Канн вообще ни с чем). Но, тем не менее, Александр Николаевич уже публично заявил, что в Канны он больше не ездок. Поживем – увидим… А пока предлагаем читателю мнение о фестивале известного критика Светланы Хохряковой.

- Светлана, вы только что приехали из Канн. Как вы считаете, в чем отличие Каннского фестиваля от других подобных фестивалей и в чем состояла «изюминка» нынешнего?

- Мне кажется, что Каннскому фестивалю в мире нет равных. Даже тогда, когда выдается «неурожайный» год, и фильмы не блещут какими-то открытиями. В этом году ему в какой-то степени «дорогу перешел» Венецианский фестиваль, который готовится к 60-летию. Я видела программу этого фестиваля и могу сказать, что там собраны самые лучшие имена. Этим, наверное, и объясняется, что в Каннах в этом году не было «суперярких» работ. Хотя одна, безусловно, была.

- И какая же?

- Это картина Ларса фон Триера, которая ничего не получила, но которая (не побоюсь этого слова) - почти шедевр.

- Чем объяснить такой скандал, что сыграло свою роль при присуждении наград?

- Судя по всему, были какие-то политические причины. Может быть, таким образом Франция хотела извиниться перед Америкой за события, которые происходили вокруг войны в Ираке. А, может быть, сыграло свою роль и другое обстоятельство. Дело в том, что Патрис Шеро, который возглавлял жюри фестиваля, прежде всего, выдающийся театральный режиссер, а потом уже кинорежиссер. Я думаю, что здесь не обошлось и без того, что он не хотел принимать тривиальные решения. Если бы он дал главный приз картине «Догвиль», это было очень понятно и ясно. Но он не дал, и возникла какая-то интрига. Кроме того, мы не должны забывать о европейском менталитете. Они несколько иначе смотрят и на фильмы, и на события, происходящие вокруг них. Картина «Слон», которая получила главный приз, сделана американцем Гасом Ван Cэнтом. Но, несмотря на это, она очень европейская по «построению». В ней присутствует бессобытийность, которая уже сама по себе является трагедией. Это ощущение, на мой взгляд, очень важно для европейского человека. Мы этого не понимаем, живя постоянно в огне, в каких-то катаклизмах. Для нас экстремальное событие – это смерть. А однообразие будней, и то, что в них ничего не случается, для нас не может быть трагедией. Мы сочтем, что эти люди бесятся с жиру, не более того.

- То есть, если этот «Слон» будет показан у нас, нашим зрителем он не будет воспринят так, как в Каннах?

- Думаю, что да. Дело в том, что публика, которая смотрела эту картину, не могла даже подозревать, что именно она получит приз. Потому что люди еле ее высидели: все основные события происходят в финале. Это своего рода почти документальное кино. То есть, никаких художественных новаций, мне кажется, там нет. Хотя Гас Ван Сэнт безусловно талантливый человек. Но, наверное, это не самая лучшая его картина. Так карта легла. Фестиваль – это всегда компромисс, всегда что-то непредсказуемое.

- Мы много ожидали от приезда в Канны нашего гения Александра Сокурова. Что произошло с его фильмом?

- Ничего не произошло. Это очень достойно, что он получил одну из престижнейших премий – Фипресси. Но в том, что он получил этот приз, - во многом заслуга нашего кинокритика Андрея Плахова, который возглавлял жюри критиков. Он, конечно, проявил здесь патриотизм, добившись того, чтобы Сокуров получил этот приз. Я очень люблю этого режиссера и считаю, что он выдающийся человек, но не думаю, что «Отец и сын» - его лучшая картина.

- В последнее время у нас в России очень часто говорят об отрыве настоящего хорошего, интеллектуального кино от потребностей широких масс зрителей. То же происходит и в Европе?

- Да, наверное, потому что люди в массе своей живут не какими-то глубокими интеллектуальными проблемами. Люди решают жизненные, каждодневные проблемы, и часто на экране происходит то же самое. Наверное, это есть везде. Понятие «обыватель» для Европы, может быть, даже более типично, чем для нашей страны.

- А чем объяснить то, что на Каннский фестиваль не приехали американские режиссерские знаменитости?

- Потому что европейские фестивали изначально делают ставку на европейское кино. Кроме того, это зависит от конкретного года, от того, какие появились «плоды». Очевидно, этот год не дал обильного урожая. Хотя картина Клинта Иствуда «Мистическая река» - очень хороша, я даже не ожидала от него такой картины. Я не могу сказать, что мне там все нравится. Но, в общем, это достойный, очень серьезный уровень. И она была одним из реальных претендентов на главный приз. Специалисты так и говорили: есть «Догвиль» и «Мистическая река». Но, к сожалению, не получилось.

- Известно, что на Каннском фестивале проходит и рынок кинофильмов. Что было там в этом году?

- Рынок в Каннах меня поражает. Нам далеко до этого. Я бывала на наших кинорынках, это совсем не то. В Каннах с раннего утра до позднего вечера кипит жизнь. Несколько этажей, огромные павильоны, люди подходят, заключают какие-то договора, знакомятся с той продукцией, которую производит та или иная компания, та или иная страна. И самое прекрасное, что там существует несколько залов, в которых одновременно может идти несколько картин. Человек, прежде чем приобрести тот или иной фильм, имеет возможность посмотреть его. Кстати, на нашей части кинорынка русские прокатчики работали тоже очень активно. Например, одна из картин, которая там продавалась, это - новый фильм Алексея Учителя «Прогулка». Эта картина откроет Московский фестиваль и будет участвовать в конкурсе. Эта картина – лучшее из того, что сделал до этого Алексей Учитель.

- Уживались ли на фестивале режиссеры и критики?

- Не всегда. Прежде всего, это касается взаимоотношений русских режиссеров и русских критиков. Они до сих пор все же не очень хорошие. И тут виноваты и наши творцы, и, конечно, мы сами. Например, иногда на просмотрах ко мне подходили и просили уйти из зала. То есть, меня боятся, я изначально представляю собой какое-то зло. Тот же Александр Сокуров, например, на пресс-конференции обличал российских кинокритиков. Это какие-то ненормальные отношения. Не думаю, что Аки Каурисмяки - финский режиссер - не пустил кого-то из своих финских критиков на просмотр своей картины в прошлом году.

- Если сравнить уровень нашего кино в целом с соответствующим европейским уровнем, можно ли сказать, что мы отстали?

- Мне кажется, что да. К сожалению, это касается и киноязыка, и вообще подхода к тем, или иным темам.

- Как вы считаете, в Каннах, несмотря на некоторую скандальность результатов, в целом сохранялась праздничная атмосфера?

- Безусловно! Канны – это огромное сборище людей, которые приезжают со всего мира. Они толпятся, хотят попасть на сеанс, все время «стреляют» билетики. Женщины каждый вечер приходят в вечерних туалетах, а мужчины - в смокингах и в бабочках. Это прекрасно!

- В финале опять возвращусь к «Догвилю». Я думаю, что все недостатки фестиваля, о которых вы говорили, вполне могут быть забыты, потому что был показан этот - по вашим же словам - шедевр?

- Да, безусловно! Когда его посмотрела, это было в середине фестиваля, я сказала себе, что фестиваль можно закрывать. Ясно, кому достанется Золотая Пальмовая ветвь. Он имел лучшие рейтинги критиков и шел далеко в отрыве от всех остальных. Но, не судьба…

Беседовал Павел Подкладов

P.S.Скоро откроется юбилейный 25-й Московский кинофестиваль. Вот, ужо покажем мы им всем кузькину мать и отселе, из Белокаменной, будем грозить всякому шведу и датчанину!