Курсы валют: USD 27/05 56.756 0.6859 EUR 27/05 63.6689 0.6573 Фондовые индексы: РТС 18:50 1073.04 -0.97% ММВБ 18:50 1934.25 -0.67%

Андрей Анисимов: Мы строим дом Бога, а не бетонных монстров

Общество | 17.08.2016


Храм-часовня архангела Михаила
Храм-часовня архангела Михаила, построенная А. Анисимовым

Глава Гильдии храмоздателей Андрей Анисимов, положивший всю свою жизнь на строительство и восстановление храмов, рассказал Pravda.Ru о новом принципе их возведения. По его словам, теперь церковь не просто место Бога, но и естественное средоточие квартала, наделенное развитыми социальными функциями. При церквях создаются детские развивающие центры, кафе, сады. Каждый новый проект мастерской Анисимова - это маленький шедевр, который сочетает в себе черты традиционного русского зодчества и неповторимый авторский стиль.

Вы восстанавливаете храмы и создаете новые архитектурно-храмовые формы, у вас масса титулов, орденов и других наград. Вы из церковной семьи или сами к этому пришли?

— Не из церковной и не из архитектурной. Как говорится, ничего не предвещало "беды". И когда я выбрал своей профессией архитектуру, тоже совершенно не предполагал, что это будет как-то связано с церковью, даже с реставрацией, потому что я закончил кафедру промышленной архитектуры. Меня это очень увлекало — масштабы, конструкции, организация движения, пространства. Это очень интересно!

Но так получилось, что сразу на первом курсе я попал на учебную практику по рисунку и архитектурным обмерам на русский Север, в одну из деревень Архангельской области. Едома — маленькая, заброшенная, но потрясающе красивая деревня. И с этого началось мое увлечение древней архитектурой. Мне понравился уклад жизни, который сохранился в глубинке Архангельской области — на Мезене и Пинюге.

Потом я попал на Кольский полуостров, в деревни Варзуга, Кузомень. Любителям деревянного зодчества это говорит очень многое. Мы поехали по живым тогда еще деревням, но, к сожалению, по пустым и совершенно заброшенным храмам и монастырям. Однако, что странно, особенно для того времени, церковная жизнь существовала вне храма. В каждой деревне отмечался престольный праздник этой деревни.

Это все оставалось живо, и меня это очень заинтересовало… Позже там был создан заповедник деревянного зодчества. Я тоже этим занимался. А пока пошел работать, еще учась в институте на дневном отделении. Работал в институте Спецпроектреставрации и Шестой мастерской, которая специализировалась на деревянном зодчестве.

Самое главное, что меня там привлекало, — летом эта мастерская выезжала как раз на выявление памятников архитектуры. Мы ездили по заброшенным деревням и занимались выявлением памятников для того, чтобы обмерить и сделать фотофиксацию для перевозки их в музеи — в Кижи, в Малые Карелы и так далее.

После окончания института в 1985-м я пришел в Госстрой и попросил, чтобы меня послали из Москвы куда-нибудь подальше. Я хотел уехать в карельский или архангелогородский небольшой городок и работать там в органах охраны памятников. Но тогда не было такой возможности. А каким-то совершенно случайным образом мне предложили поехать в Западную Сибирь — город Когалым, который тогда только образовался. И в 25 лет я стал главным архитектором этого города.

— Но в итоге храмы Москвы стали главным проектом в жизни?

— К сожалению, не так много храмов Москвы, к которым мне удалось приложить руку. И в последние годы мы все-таки больше ориентированы на новое строительство. Конечно, опыт реставрации дает очень многое с точки зрения профессионального понимания церковной архитектуры. А самое главное, дает представление о том, что такое церковная архитектура и что такое — светская.

Поэтому я не вижу для себя возможности совмещать работу для светского заказчика и для Церкви. И я выбрал все-таки направление церковное, хотя до революции архитектор мог заниматься как храмами, так и строить светские здания. И это, вроде как, ему не мешало.

— А почему же сейчас этого нельзя?

— Дело в том, что светская архитектура преследует совершенно другие цели. Для архитектора заказчиком является все-таки тот человек, который платит и заказывает музыку. И у него есть какие-то приоритеты. Со временем светская архитектура разошлась по своим задачам с церковной архитектурой. Принципиальная вещь — капитальность строительства. В XIX веке строили капитально что храм, что завод, что магазин, что дом.

В XX-XXI веках из светской архитектуры самой лучшей стала считаться та, которая позволяет построить некий каркас, на который можно повесить любой фасад, в этот каркас можно завести любую функцию, а при желании эту функцию поменять. Церкви же мы должны построить раз и навсегда, стены должны быть капитальными, функция не должна поменяться.

В Германии и Франции сейчас можно увидеть, как стоит какой-то бетонный монстр, он заброшенный, пыльный, в нем никого нет, а оказывается, это церковь, которая построена в 1970-е годы. В нее не ходит никто, потому что она не построена по законам душевности и теплоты.

— В Западной Европе церкви стали массово уничтожаться. Только что снесли церковь XVI века Святой Риты в Париже. Из нее за ноги вытащили священника в полном облачении. Когда он служил литургию, в храм ворвались французские омоновцы и объявили о закрытии церкви. Теперь там будет паркинг. В Европе церкви часто перестраиваются в гостинцы или другие светские заведения, продаются под нужды других, в том числе мусульманских, религиозных сообществ. Что вы об этом думаете?

— Получается так, что они проходят тот путь, который наша страна уже прошла. И почему-то их не научило, что отказ от Церкви привел в какой-то степени к деградации общества в нашей стране. Мое отношение к этому ясно и однозначно: уничтожать духовные символы в любом случае нехорошо, а уничтожать 600-летние памятники архитектуры вообще странно и нелогично.

Мы все время ставили Запад как бы в пример, старались перенимать его опыт по сохранению городов, храмов, исторических центров. Там проводилась реставрация такая деликатная. А тут я видел ужасные кадры варварского сноса храмов или приспособление храмов под рестораны и тому подобные заведения. Есть даже храмы, которые сдаются для жилья. Естественно, не стоит удивляться тому, что начинает происходить там в обществе.

Церковь должна помогать людям жить в социальной сфере. Каждый раз, когда я в Facebook или еще где-то публикую свой проект, я сразу получаю пяток или больше комментариев типа: вот лучше бы вы детский садик построили. Но функции у Церкви и государства в этом случае совершенно разные. Государство должно строить садики! А Церковь строит свои храмы не на бюджетные деньги, а за счет прихожан, попечителей. И если у нас будет больше церквей, то и садики будут лучше строиться, и оставленных детей будет меньше.

Подготовил к публикации Юрий Кондратьев

Беседовал


"В России наступила эпоха храмов"
Александр Артамонов
Код для вставки в блог


Рубрики

Культура, Наркотрафик, Наука, След в истории
Новости партнеров