Курсы валют:
  • Обменный курс USD по ЦБ РФ на 17.01.2018 : 56,6019
  • Обменный курс EUR по ЦБ РФ на 17.01.2018 : 68,2562
  • Обменный курс GBP по ЦБ РФ на 17.01.2018 : 76,7465
  • Обменный курс AUD по ЦБ РФ на 17.01.2018 : 44,574

Культура

Кинопремьера. Правда и ложь "Мюнхена"

Конечно, они не согласны с разными аспектами картины. Абу Дауд настаивает на том, что убитые спортсмены были не невинными жертвами, а бывшими солдатами, и теракт был лишь одним из боев не прерывавшейся с 1948 года (года образования Государства Израиль) тайной и явной войны. Барак настаивает на том, что неверен философский посыл Спилберга, основанный на принципе талиона – око за око. "То, что делал я и мои товарищи во время операции возмездия, абсолютно противоположно деятельности палестинских террористов".

Что ж, в том, что бывшие участники событий выскажутся именно в таком духе, можно было не сомневаться.

Наверное, именно в этом и есть истинный посыл спилберговского фильма – "Запад есть Запад, Восток есть Восток", и как бы ни развивались события, шла бы речь о мести или о прощении, ни одна сторона добровольно не признает себя неправой.

Шумное возмущение американских зрителей заставило Спилберга заменить текст титров в начале картины: сначала там значилось "фильм снят на основе реальных событий". Российские зрители прочтут, что он снят "по впечатлениям" от реальных событий.

Фильм у Спилберга получился. Ему удалось передать эти самые впечатления от реальных событий – боль, ярость и потрясение сотен тысяч людей, на глазах у которых в прямом эфире жестоко убили их родных, их соотечественников, их соплеменников. Да что там – просто людей с той  и с другой стороны. Камера Спилберга "мечется" с лиц преступников на лица жертв – на тех и других одинаковое выражение, смесь гнева, страха смерти и какой-то детской растерянности перед ее лицом. Палестинские семьи страдают с той же силой при известии о смерти своих родных-террористов, с какой страдают израильтяне при известии о смерти жертв.

Начальные сцены фильма можно назвать "динамичной трагедией", затем, когда ярость претворяется в месть, темп спадает, но подспудный накал страстей не снижается. Причем не снижается он и после финальных титров, ибо Спилберг встал между враждующими третейским судией, оставив зрителя в мучительных сомнениях – а ЗА КОГО он? И за кого быть ему, зрителю?

В отличие от "Списка Шиндлера", где не нужно было определять правых и виноватых – все было ясно по определению, в "Мюнхене" Спилберг выбирать правых и виноватых не стал осознанно. Он сделал главным героем  и заложником драмы старушку-Европу. Самоназначенного судью, буфер, третье лицо. Большинство натурных (весьма, надо ответить, заманчивых) съемок фильма сделано в Европе – Рим, Париж, Греция.

И по мере развития сюжета все неотступнее приходит мысль, что в конфликте двух родственных, но непримиримых народов, исповедующих разные, но непримиримые веры старая христианская Европа становится похожей на умывающего руки Пилата. Очень показателен в этом смысле, кстати, малозаметный эпизод: недобросовестный информатор из преступного клана, снабжающего сведениями всех террористов без разбора идеологий, свел в одной комнатке палестинских федаинов и замаскированных израильских "моссадовцев". И вот палестинец и еврей крутят ручку приемника: одному нравится одна восточная мелодия, другому другая. Драка не нужна ни одному, ни другому. В конечном итоге они успокаиваются на веселой англоязычной песенке – разумеется, на время...

Еще одно лицо старушки-Европы – тот самый информаторский клан. Пасторальное семейство с красивой фермы где-то в Иль-де-Франс. Главный герой – моссадовец Авнер - приезжает туда, потому что глава клана, "папá", этакий добродушный дедушка, желает познакомиться с щедрым клиентом. Авнер прикидывается немцем, но оба понимают, кто есть кто, и когда отпрыск семейства пытается спровоцировать Авнера – заставить прочесть предобеденную молитву – "папá" одергивает провокатора. "Мир жестоко обшелся с твоим племенем, - снисходит он к Авнеру в финале сцены. – Вы вправе защищать себя и отвечать ударом на удар". И прибавляет: "Ты мог бы быть моим сыном, но это не так".

И тут-то третейская идеология Спилберга, как представляется, и дает еле заметный крен. Европа, символически воплотившаяся в "папá", открещивается от тех, кто ей "не сыновья". Но при этом весь строй картины, с довольно карикатурно отрисованными главами "Моссада" (не удивлюсь, если к возмущению их реальных прообразов примешана и капля личной обиды), со множеством натуралистических сцен насилия (чего стоит хотя бы картинка гостиничного номера, в мясо разнесенного взрывом при ликвидации одного из палестинских главарей), ведет к тому, что евреи как народ более "цивилизованный", более "европейский", не должны бы вроде бы так жестоко мстить своим врагам, не должны провоцировать эскалацию насилия (на каждый тайный удар палестинцы отвечают пулями и бомбами в Европе).

И вот тут-то зрителю, особенно отечественному, выросшему под аккомпанемент вполне себе проарабски ориентированной идеологии стоит задуматься. Не только об общефилософской дилемме "милосердие vs. возмездие", но и о том, что единодушные и красиво драпированные христианскими постулатами нападки на "более цивилизованный" Израиль, некрасиво отвечающий палестинцам ударом на удар, не так уж и оправданны. Если Европа в буквальном смысле открещивается от евреев, они не обязаны менять иудаизм – идеологию воздаяния, на христианство – идеологию всепрощения.

Отходя от политики, хочется вкратце отметить несколько спилберговских находок. Эрику Бана роль Авнера удалась, как представляется, куда больше, чем роль царевича Гектора из "Трои". Он даже похорошел: длинные по моде 70-х волосы мужественно прикрывают его беззащитно оттопыренные уши. Великолепен актерский состав всей группы "мстителей" во главе с моссадовским боссом Эфраимом (Джеффри Раш). Но особенно "цепляет" "бомбист", полусумасшедший и наивный мальчик Роберт, мастер-игрушечник, которого – тоже очень знаково - "учили не собирать бомбы, а разбирать их". Его сыграл Матье Кассовиц, звезда "Амели". Когда измученный проклятым выбором между местью и жалостью, вымотанный страхом смерти, идущей по пятам за "мстителями", Роберт делает бомбу для себя, щемит в груди даже у прожженных циников-кинокритиков.

Красиво вышел некая двуединая аллегория Эрец Исраэль – страны Израиля – воплощенная двумя красиво-старыми, даже внешне схожими женщинами: премьером Голдой Меир и матерью Авнера (прима самого известного израильского драмтеатра "Габима" Гила Альмагор). Но вершинный женский образ, конечно, жена Авнера Дафна, настоящая сабра – урожденная израильтянка. Ее сыграла – и это отличная режиссерская находка - звезда израильских сериалов Айелет Зорер.

Подлинная находка и вся любовная линия Авнера и Дафны. Он начинает убивать почти одновременно с рождением своего ребенка, и финал, последние аккорды мюнхенской трагедии, в воспоминаниях терзавшие его не один год, он окончательно переживает и выпускает из своего сознания в объятиях жены, уже решив уйти с тропы мести.

Надо сказать, что почти безупречно продержавшийся в роли третейского судьи-наблюдателя Спилберг в последних кадрах картины все же позволил себе очень яркий, знаковый, внятный умеющим видеть жест. На нью-йоркских задворках эмигрант Авнер беседует с Эфраимом и окончательно отказывается вернуться в "Моссад". Камера покидает их навсегда, но - прежде чем экран гаснет - замирает на восстановленных путем монтажа башнях-близнецах ВТЦ.

Image

Президент наводит марафет – Франция смеется

Эммануэль Макрон никакими доходами не обладает, его супруга получает пенсию провинциальной учительницы, но это не мешает главе республики тратить десятки тысяч евро... на макияж.

Image

На чем лучше не экономить при покупке матраса?

Хороший ортопедический матрас может в корне поменять вашу жизнь, в разы повысить комфорт сна, улучшить настроение и подарить полноценный отдых телу. В последнее десятилетие на рынке матрасов появились сотни различных моделей, десятки отечественных и зарубежных производителей, которые предлагают продукцию всех ценовых категорий. Можно ли в подобном разнообразии найти нечто доступное, не жертвуя качеством и сроком службы? Давайте попробуем разобраться, на чем же можно экономить при покупке ортопедического матраса, а на чем лучше не скупиться.