Курсы валют: USD 30/05 56.7106 -0.0454 EUR 30/05 63.3684 -0.3005 Фондовые индексы: РТС 18:50 1085.75 1.18% ММВБ 18:50 1940.77 0.34%

Лев Новоженов: У меня потеет верхняя губа

Культура | 10.10.2004


- К чему вы равнодушны?

- Про какую область вы спрашиваете?

-Про любую…

- К еде.

- А что такое, аппетит пропал?

- Пропал. Я объясняю это возрастом. Хотя у стариков, наоборот, чаще встречается обжорство. Но, видимо, либо я еще не дожил до этого периода, либо ко мне это вообще не относится. Но как-то так я без особого какого-то удовольствия стал есть. А может, это и хорошо - все-таки обременительно...

- А в человеческих отношениях?

- К грубости, которая стала нормой жизни.

- Вам много грубят?

- Ну, может, у меня меньше таких ситуаций, в которых мне могут нагрубить, чем у среднестатистического человека, который ездит на троллейбусе и стоит в очередях. Но если кто-то там не пропустит или не поздоровается, я не обижусь. Раньше меня это задевало, теперь меньше. Потому что этого много стало…

- А вы способны любить тех, кто не любит вас - здороваться с теми, кто с вами не здоровается?

- Я вообще думаю, что по большому счету у меня нет такого особого дара любви. Более того, у меня нет ни этого дара, ни другого дара – говорить на каждом углу о том, что я кого-то люблю. Хотя бы одного из этих распространенных талантов у меня нет! Так что я крайне редко употребляю в разговорах слово «любовь». И я не то чтобы не способен любить тех, кто меня не любит, я даже часто не способен любить тех, кто меня любит.

- А друзья?

- Мы с вами на разных возрастных полюсах находимся - вы человек молодой, а я уже не очень. Я сейчас вспоминаю себя в вашем возрасте. Тогда слово «дружба», как и слово «любовь», очень часто в моей жизни упоминалось. И как я понимаю теперь, зазря! Поэтому если сейчас отвечать с высоты (или наоборот, из ямы) своего возраста, то я могу сказать, что друзей у меня не много. Количества их я определить не берусь, потому что порой даже и не знаешь, кто является твоим истинным другом. Это проверяется в экстремальных ситуациях.

- А в отношении кого вы можете сказать «люблю»?

- В отношении жены, дочери, матери, мне кажется. И вы знаете что, даже в отношении родины! Я люблю Россию! Более того, я с нею дружу.

- А она с вами?

- По-разному. Россия – это же строгое понятие, оно же - иногда суровое. Поэтому тут не разобрать - то ли это чисто педагогическое воздействие ее на меня, то ли еще что-то… Как иногда какую-то излишнюю эмоциональность мы принимаем за любовь, а суровость считаем проявлением нелюбви, хотя все на самом деле наоборот… По большому счету Россия воспитывает меня ежедневно - своим климатом, своими дорогами, своей «государственностью», непредсказуемостью.

- На сколько лет вы себя ощущаете?

- Иногда 20-летним, иногда 90-летним. Иногда мне кажется, что я очень давно живу на свете, потому что все ведь повторяется. В том числе и вопросы журналистов! А когда это начинает повторяться во 2-ой, 3-ий раз, то уже чувствуешь, что зажился. Вот раньше, например, я считал, что я ничего не знаю, или что я знаю ничтожно мало. И я с этим ощущением довольно долгую жизнь прожил. А тут вдруг начало выясняться неожиданно, что то, что я знаю, оказывается, не знает ни один, ни второй, ни третий человек. А по сравнению с 20-30-летними я знаю страшно много! Меня это теперь пугает и удивляет. Это сигнал того, что я уже слишком долго живу.

- От чего в жизни вы себя сознательно ограждаете и оберегаете?

- Я себя стараюсь оберегать от других людей. Прежде всего - от людей. Я уже не так щедр на контакты, как раньше. Потому что у меня их было много и я от них успел уже подустать. Поэтому люди иногда обижаются, что я часто отключаю мобильный телефон. Когда ты назначаешь встречу и просишь не опаздывать, - а они потом вдруг удивляются, что ты не можешь их ждать плюс-минус, там, полтора часа... Кроме этого они иногда удивляются, когда заходят без звонка, что ты в этот момент не готов с ними разговаривать. Я из этого делаю вывод, что с людьми я живу в разных измерениях. Стараюсь оберегать себя от плохих книг, от плохих спектаклей.

- У вас нет карьерных амбиций?

- Мои амбиции простираются только в масштабах программы.

- И вам не хотелось бы сидеть в кресле генерального директора?

- Нет, нет.

- Вам свойственно самолюбование?

- Но если только в степенях таких, знаете, не смертельных. Но иногда мне хочется воскликнуть словами классика: «Ай да Новоженов, ай да сукин сын!» Вообще, наоборот, у меня складывается такое критическое отношение к себе. Даже, может быть, чрезмерно. И как любой творческий человек, художник, я нуждаюсь в оценке со стороны.

- А вы можете сказать, что вы любите себя больше, чем всех остальных?

- Мало ли что я скажу сейчас! Я, конечно, могу сказать, что я очень люблю людей (особенно человечество!) и что я себя люблю меньше, чем остальных, - и наоборот…

- Значит, наоборот?

- Ну, пишите так. Пишите, что себя я люблю больше, чем других, и еще добавьте: «Какой мерзавец!»

- А что вы готовы сделать такого необычного ради любви?

- Хочется сказать: «Ничего!» Я уже сказал, что у меня нет такого дара любви. Я не очень-то умею любить. Я бы вообще немного снизил пафос разговора. Могу сказать, что есть люди, с которыми мне комфортно и приятно быть рядом. А есть те, с которыми неприятно, и я не хочу с ними ни разговаривать, ни видеть их. Поэтому, ну что я могу сделать ради любви?.. Ну, денег могу дать! Если это мало… А разве это мало?

- Много. И часто вы даете деньги «ради любви»?

- Все время я отдаю деньги «ради любви», своей жене. Я все деньги отдаю ей - все! И даже не спрашиваю, что она с ними делает. По-моему, это очень много с моей стороны.

- А какое самое большое проявление глупости в человеке?

- Я вообще не склонен замечать глупость других людей и их промахи.

- Да бросьте, многое именно на этом построено…

- Чтобы сказать про кого-то, что он глуп, надо быть самому умнее. И заповедь такая есть - «не суди». Для меня вопиющее проявление глупости – когда один судит другого.

- А какие роли в жизни вам даются тяжелее всего?

- Мне жизнь сама по себе дается тяжело, в целом. А вообще я обычный нормальный человек, я не люблю неудачи. Поэтому труднее всего мне дается роль неудачника. А неудач по жизни довольно много.

- А какой ваш распорядок дня?

- У меня день на день не похож. Режима нет. Сегодня я встал в 10:00, а заснул я, не знаю, когда. Потому что я спал под телевизор и время от времени просыпался. Раньше бегал по утрам - до того, как мне сделали операцию по удалению геморроя, после этого я перестал бегать.

- Об этом тоже можно писать?

- Про геморрой? Да, пожалуйста! Просто многие люди ведь скрывают это, я не знаю, почему. Вот у многих женщин, я знаю, геморрой. Но они почему-то не говорят об этом, и пока с ними не переспишь, не узнаешь.

- Увлечений у вас много?

- Да нет. Я даже на обеденный стол не люблю накрывать.

- И есть вы тоже не любите, вы уже говорили об этом.

- Да, и есть я совсем перестал. А вы в моем возрасте еще и не до того можете дожить! Много чудес может быть в жизни! А еще мама мне говорит: «Что это ты все время на себя наговариваешь?» Просто это, наверное, из-за отсутствия фантазии. Просто фантазии у меня нет, понимаете, и я все время говорю то, что думаю. Это плохая черта.

- И вы никогда не врете?

- Нет, я вру, но редко и с таким усилием над собой, которое сразу видно. Поэтому меня на вранье поймать проще простого. Мне кстати раньше мои продюсеры и те, кто со мной работал в эфире, говорили: «Лева, у тебя все на лице написано!» Когда я вру, я даже сразу в этом признаюсь, потому что люди все равно это видят.

- Когда вы вели «Старый телевизор», у вас столько было гостей, с которыми, наверное, вам вообще говорить не хотелось?

- Да, и у меня все время были конфликты с редакторами по поводу гостей, потому что мне было не все равно, с кем говорить. Были люди, которым я отказывал во встрече. Однажды меня просто сдали (я не выяснял, кто именно) - и пара-тройка человек в результате перестала со мной здороваться. Они узнали, что я не хотел с ними встречаться. А когда мне приходилось встречаться с теми, с кем я не хотел, мне продюсер и мой режиссер говорили: «Ну, что, Лева, у тебя опять прямо на лице все написано!» Поэтому я стараюсь избегать тех ситуаций, когда я не могу свою работу сделать, как следует.

- Что в людях вам нравится?

- Широта взглядов. Я очень ценю образование. Не так часто приходится с ним сталкиваться. Мне нравится душевная щедрость - когда человек готов поделиться своими знаниями, помочь профессионально. А люди сами по себе мне не нравятся. Они ж не помидоры, чтобы нравится.

- А чем-то вы отличаетесь от большинства людей?

- У меня очень смешная походка. Например, жена, когда мы с ней гуляем, а я ей начинаю что-то говорить в запальчивости и в это время обычно останавливаюсь, она мне все время говорит: «Что ты останавливаешься, ты что, не можешь просто идти и говорить?» Еще у меня потеет верхняя губа.

Ирина Виноградова

tech
Код для вставки в блог

Новости партнеров