Курсы валют: USD 29/03 56.9364 -0.0869 EUR 29/03 61.8102 -0.1513 Фондовые индексы: РТС 18:50 1125.58 0.98% ММВБ 18:50 2032.54 0.96%

Kapitsa-club, жидкий гелий и лаборатория в сарае

Общество | 09.07.2004



Пусть читатель, профессионально изучавший труды Капицы, не обижается, но влезать в дебри физической науки автор этих строк не будет. Во-первых, потому что он (автор) в этом совершенно ничего не смыслит, а во-вторых, каждый при желании может взять в библиотеке соответствующий фолиант и приобщиться к вечным тайнам Вселенной. Мне же хотелось бы коснуться хотя бы некоторых эпизодов жизни этого необыкновенного человека. Человека, который в самые страшные махровые годы репрессий смог написать Сталину письмо против Берии. Человека, который в 1949-м году посмел не явиться на юбилей Сталина…

Теперь многим известно, что Сталин по каким-то странным, только ему известным причинам, не отдал Капицу на растерзание своему псу и плотоядному земляку. Когда тот попросил об этом, диктатор ответил (не ручаюсь за точности цитаты): "Я тэбэ его сныму, но ты мнэ его нэ трогай". Но Сталин не был бы Сталиным, если б забыл о демонстративной неявке Капицы на его "великий" юбилей. Вот как рассказывает об этом академик Вячеслав Иванов, сын знаменитого русского поэта. "Петр Леонидович рассказывал со слов тогдашнего президента Академии наук Сергея Ивановича Вавилова, что его, Вавилова, вызвал Маленков и предложил исключить Капицу из академии за неявку на заседание. Вавилов был такой русский тугодум, оставаясь при этом великим ученым. Тугодум, а тут вдруг мгновенная реакция: "Конечно, если вы считаете нужным... Но тогда необходимо исключить одного академика, не посетившего ни одного заседания, - Шолохова. Капица пропустил лишь одно заседание". И это спасло Капицу". От лагерей-то, конечно, спасло. Но не преподать урок другим Сталин не мог. По словам того же Иванова, с собственной дачи Капицы на Николиной горе увезли казенную мебель, "и они одну ночь спали на полу. Вавилов давал Капице какие-то небольшие деньги из президентских… Петр Леонидович устроил лабораторию у себя в сарае, занимался изучением магнитных полей. Как-то, когда мы вместе встречали Новый год, в самое тяжелое время - перед смертью Сталина, он произнес фразу, что его волнует только молодежь, которая, вырастая в таких условиях, может стать циничной". Все это происходило в те годы, когда Капица был научным светилом мирового масштаба. Но и до этого его жизнь изобиловала такими "крутыми порогами", что не хватило бы приключенческого романа, чтобы их живописать.

Родился Петр Леонидович в Кронштадте, в военно-морской крепости, расположенной на острове в Финском заливе неподалеку от Санкт-Петербурга, где служил его отец Леонид Петрович Капица, генерал-лейтенант инженерного корпуса. Мать - Ольга Иеронимовна Капица (Стебницкая) - была известным педагогом и собирательницей фольклора. По окончании гимназии в Кронштадте Петр поступил на факультет инженеров-электриков Петербургского политехнического института, который окончил в 1918 году. Следующие три года он преподавал в том же институте. Казалось, все идет, как нельзя лучше: и карьера развивается своим чередом, и в личной жизни - полное счастье. В 1916-м он женился на прекрасной женщине Надежде Черносвитовой, которая родила ему двух детишек: Иеронима, названного в честь деда по материнской линии, и Надежду… Но надеждам на счастье не суждено было сбыться. В проклятом 1920 году во время очередной эпидемии жена и дети Капицы погибли. Спасла работа. Великий российский ученый Абрам Иоффе, под руководством которого Капица начал исследования в области атомной физики, настаивал на том, что Петру Леонидовичу необходимо отправиться за границу. Но заботливое революционное правительство не давало на это разрешения, пока в дело не вмешался Максим Горький, самый влиятельный в ту пору русский писатель. В 1921 году Капице позволили выехать в Англию, где он стал сотрудником Эрнеста Резерфорда, работавшего в Кавендишской лаборатории Кембриджского университета.

Несмотря на то, что Капица не находил себе места от накатывающих на сердце воспоминаний о погибшей жене и детях, его научная карьера развивалась стремительно. Он быстро завоевал уважение Резерфорда и даже стал его другом. Хотя Резерфорд поначалу не хотел брать молодого русского к себе в лабораторию, но тот расположил его к себе не только потрясающими способностями, но и остроумием. Кстати, положенную 2-х летнюю стажировку Капица прошел… за две недели, блистательно сдав итоговый экзамен. Через некоторое время после зачисления в лабораторию он вел уже свой семинар, который назвал Kapitsa-club. Более того, его шеф Резерфорд даже признал его равным себе! В Кембридже Капица успешно продвигался по ступеням академической иерархии. В 1923 году он стал доктором наук и получил престижную стипендию Джеймса Клерка Максвелла. В 1924-м он был назначен заместителем директора Кавендишской лаборатории по магнитным исследованиям, а в 1925-м стал членом Тринити-колледжа. Наша Академия наук, не желая отставать, в 1928 году присвоила Петру Леонидовичу ученую степень доктора физико-математических наук, а в 1929 г. избрала его своим членом-корреспондентом. В следующем году Капица становится профессором-исследователем Лондонского королевского общества. В том же году Капицу избрали членом этого общества (иначе говоря, тамошней академии наук). Тем, кто не очень поднаторел в истории науки сообщаю, что до этого за все время существования этой научной организации ни одни чужеземец не удостаивался такой чести!

Как уже было сказано, автор не будет вдаваться в подробности научных исследований своего героя. Но не упомянуть об одной победе великого ученого, которая была достигнута в те годы, он все же не может. Как пишут научные энциклопедии, "вершиной его творчества…явилось создание в 1934 году необычайно производительной установки для сжижения гелия, который кипит (переходит из жидкого состояния в газообразное) или сжижается (переходит из газообразного состояния в жидкое) при температуре около 4,3К. Сжижение этого газа считалось наиболее трудным". Об этом своем открытии Капица радостно и немного удивленно писал в письме своей любимой матушке…

По настоянию Резерфорда Королевское общество строит специально для Капицы новую лабораторию. Она была названа лабораторией Монда в честь химика и промышленника германского происхождения Людвига Монда, на средства которого, оставленные по завещанию Лондонскому королевскому обществу, была построена. Открытие лаборатории состоялось в 1934 году. Ее первым директором стал Капица. Но ему было суждено там проработать всего лишь один год. В 1934-м году Сергей Леонидович и его новая жена поехали в Ленинград, откуда его вызвали в Москву и сообщили, что вернуться в Лондон он не сможет…

Павел Подкладов

Продолжение следует

tech
Код для вставки в блог


Рубрики

Культура, Наркотрафик, Наука, След в истории
Новости партнеров